— О, Колин! — Староста явно уже поднял себе настроение некоторым количеством виски, его щёки были слегка красноватыми, а лицо очень довольным. — Ты как, парень, всё в порядке?

— Спасибо, Габриэль. Всё настолько хорошо, насколько может быть у человека, вернувшегося с того света.

— Ничего, дружище, мы этому Уизли покажем, где раки зимуют! — потрясая кулаком, заявил староста.

— Габриэль, ты хотел сказать — этой?

— В смысле? — не понял Трумэн.

— В прямом. Змею на меня натравил не Рон, а Джинни Уизли.

— Но Джастин сказал… — начал был Трумэн, но был прерван мной.

— У Джастина слишком длинный язык. Я ему сказал, что информация неточная, надо вначале убедиться, потом говорить. Расспросил людей, виновный был найден — это Джинни Уизли. Но вы же не будете обижать девочку?

— Обижать? — усмехнулся Трумэн. — Ни в коем случае, мы же джентльмены. А вот устроить бойкот и ограничить ей общение лишь обществом Гриффиндорцев, как и организовать некоторые неприятности для её семьи в Министерстве — это будет. И даже не пытайся возражать. Мы, Пуффендуйцы, своих в обиду не даём. Стоит одному остаться ненаказанным, как остальные почуют вседозволенность и будут наших унижать, избивать, или вовсе пытаться безнаказанно убить. Это дело факультетской чести.

— А силёнок хватит? Всё же Министерство…

— А ты думаешь, кто работает в Министерстве? — прищурился Трумэн.

— Не знаю. Наверное, Слизеринцы.

— Ха! Слизеринцы… — насмешливо протянул Трумэн. — Не спорю, кое-кто с их факультета там имеется, но у многих чистокровных волшебников семейный бизнес, им нет смысла идти работать чиновниками. В большинстве отделов сидят Пуффендуйцы, кое-где есть представители других факультетов. Гриффиндорцы в основном в аврорате. Райвенкловцы трудятся в Отделе тайн, но можно встретить их в разных отделах. Но всё же большая часть чиновников — наши, Барсуки!

— Круто!

— Хочешь после школы пойти в Министерство? — спросил Трумэн. — Можно будет поспособствовать.

— Я подумаю. Вообще, собираюсь фермой заняться.

— Тоже хорошее дело, — кивнул Трумэн. — Если что, после окончания школы обращайся. У меня отец в Министерстве магии, я тоже туда пойду работать, так что можно будет организовать сбыт продукции через знакомых.

— Габриэль, чтобы быть в курсе, о каких проблемах идёт речь? Мне потом за это случайно Уизли дружно не сделают «секир-башка»?!

— Ну что ты… — ухмыльнулся староста. — Они ничего не узнают. Просто их отца будут больше нагружать работой, станут урезать премию за любые косяки. Его после того случая, когда Артур зачаровал автомобиль, а Рон угнал эту машину и пролетел через половину Англии, треть служащих Министерства тихо ненавидит. Всё Министерство месяц стояло на ушах, пытаясь устранить все нарушения статута секретности. А тут попытка преднамеренного убийства, совершённая его дочерью, которая после этого никак не была наказана… Понятное дело, что Дамблдор всё замял, но такой подход к закону никому не нравится. Получается, одним волшебникам, вроде Уизли, можно творить всё, что вздумается: нарушать статут секретности, зачаровывать магловские вещи, хулиганить, натравливать на школьников василиска — им за это ничего не будет. А другим за то же самое грозит изгнание из школы, крупные штрафы или Азкабан. Уизли совсем охренели от безнаказанности!

— Габриэль, я говорил, что ты самый лучший староста?

— Нет, но буду рад услышать, — ухмыльнулся парень.