— Никак нет, шеф!

— Ну, с Богом!

Пустельга встал из-за стола, похлопал Романа по плечу, развернул его к двери и легонько толкнул в спину. Парень стремительно вышел из кабинета. А чего ж ему не спешить? Не в сложноподчиненную Адыгею едет, в Сочи!

А этот Пономарев и вправду дурак! Подкинул проблем, черт бы его побрал. Нужно просчитать, что конкретно может предпринять Елена Сергиенко против него, и попытаться смягчить удар. Вот кто действительно умная баба, и уважают ее в Плавнинске почти все, даже бандиты. Нужно, а тут этот телеидиот со своими комплексами вылез! Отвлекает внимание! Того и гляди совсем что-то ужасное сотворит.

Второй раз за время своей частной деятельности Виталий Максимович пожалел о содеянном. Первый раз — когда осрамил перед солидной бизнес-леди никчемного мужа, мелкого сотрудника городской администрации. Потом оказалось, что дама — только подставное лицо, а муж ее — большой человек в сфере теневого бизнеса, в котором участвовали очень высокие городские начальники. Дорого ему стоило тогда прощение! Теперь вот опять жалеет, что взялся выполнить пожелание Тамары Бондарчук.

Глава 12

Елена приехала в Сочи поздно вечером. Не такой уж далекий путь до главного курорта страны — семь часов на скором поезде. Она даже постельное белье не стала брать. В двухместном купе ее соседкой была глупая московская барышня с не менее глупым именем Анжелика, жена какого-то столичного бизнесмена. Уши прожужжала, что до Ростова с ней ехала какая-то жуткая старуха, ни поговорить, ни выпить, хорошо, что в Ростове сошла, до Плавнинска ехала совсем одна, немного выпила виски без содовой. Все дамы предпочитают ликер, но она не хочет быть похожей на всех, обожает виски «Джим Бим», темный. И теперь хочет угостить новую соседку, наконец-то вполне нормальную. Кстати, она едет в «Жемчужину». Елена ответила, что у нее номер в «Виктории», она там уже была — сервис не хуже, чем в «Жемчужине».

Выпили виски, закусили копченой курицей из припасов Анжелики (Елена не взяла с собой еды, ехать-то недолго, перекусить и в ресторане можно). Мало-помалу опорожнили наполовину бутылку виски, и Анжелика уже не казалась глупой болтушкой, как говорится, зацепились языками и не заметили, как желтые поля, огороженные ровными рядами посадок (Анжелика называла их лесополосами), сменились горными пейзажами, а там и рокот морских волн заплыл в отрытое окно купе. Елена и сама стала не менее глупой, разоткровенничалась с Анжеликой, а та лишь ахала да охала, но в конце концов сказала почти то же, что и сама Елена совсем недавно говорила Тамаре:

— Ну и что, Ленка? Подумаешь, бегал к другой. Если тебе с ним хорошо, сама же сказала — готовит замечательно, так чего тебе надо? Я, например, поначалу устраивала истерики своему, когда поздно возвращался домой, когда чужими духами несло от него. А потом поняла — а на хрена мне все это нужно? Живу как хочу, дети в порядке. Ну и ладно.

— Нет, Анжелика, я не могу простить измены.

— А это измена? Подумаешь, переспал с другой бабой! Ну и что? Его от этого меньше стало? К тебе стал относиться как пустому месту? Нет, ну и не бери дурного в голову. Сама оторвись на полную катушку в Сочи и живи с мужем нормально.

— Как после такого можно жить?

— Господи! — простонала Анжелика. — Ты на них посмотри! Ревнивые донельзя, а на самом деле? Газманов встречался с дамой, потом она вышла замуж за Мавроди.