— Объясни, пожалуйста, Гэвин, — сказал Рэнделл. — Ты заметил комету много позже мистера Брауна, но оба вы сообщили о ней одновременно, потому что твое сообщение последовало почти сразу… Как ты понял, что это — новая комета?

— Этого небесного тела раньше там не было.

— Ты хочешь сказать, что знаешь все небесные тела на этом участке неба? — спросил Рэнделл. Экран в это время демонстрировал фотографию участка неба, где была обнаружена Хамнер‑Браун. Небо, сплошь усеянное звездами.

— Конечно. А разве не всем известно расположение небесных тел?

— Ему‑то известно, — сказал Тим. — Он пробыл здесь неделю, и — клянусь! — мог бы по памяти рисовать звездные карты.

— Он жил здесь? — спросила мать Тима.

— Конечно. В свободной комнате.

— Вот как! — неодобрительно заметила она и уставилась в телевизор.

— А где сегодня Джордж? — спросила Джилл. — Придет позже? Мама, ты знаешь, домашний слуга Тима встречается с Линдой Гиллрей.

— Передайте мне кукурузные хлопья, — сказала Пенелопа Джойс. — А где сейчас Браун, Тим?

— Вернулся обратно в Айову.

— А мыло из‑за этого будет продаваться лучше? — спросил Грег, показывая на экран.

— С «Кальвом» все в порядке, — сказал Тим. — Рост продажи по сравнению с прошлым годом — на двадцать шесть и четыре десятых процента…

— Господи, да оно расходится лучше, чем я думал, — сказал Грег. — Кто у вас занимается рекламой?

Рекламная вставка закончилась и программа возобновилась. Но о Тиме Хамнере больше уже не упоминалось. Однажды открытая, комета Хамнера‑Брауна стала теперь достоянием всего мира. Теперь на переднем плане красовался Чарльз Шарпс. Он говорил о кометах и о том, как важно изучать Солнце, планеты и звезды. Тим себя разочарованным не почувствовал, но решил, что остальные почувствовали. Кроме Пэта, неотрывно глядевшего на Шарпса и кивающего ему в унисон. Пэт отвел от экрана взгляд и сказал:

— Если бы я стал профессором в молодые годы, как он, я бы тоже, наверное, открыл бы комету. Ты с ним хорошо знаком?

— С Шарпсом? Никогда не встречался. Знаю его только по экрану телевизора, — ответил Тим. — Как и он меня.

Грег подчеркнуто поглядел на свои часы.

— Мне к пяти утра нужно быть уже на рабочем месте. Рынок сходит с ума. А после этого фильма свихнется окончательно.

— А? — Тим недоуменно нахмурился. — Это еще почему?

— Кометы, — сказал Грег, — это небесные знамения, предвещающие изменения к худшему. Просто удивительно, как много вкладчиков верит в это, и причем верит совершенно серьезно. Не говоря уже о том чертеже, который нарисовал этот профессор. Я имею в виду чертеж, на котором комета сталкивается с Землей.

— Но на рисунке не было этого, — запротестовал Пэт.

— Тим? Такое может случиться? — требовательно спросила мать.

— Конечно же, нет! — сказал Тим. — Разве вы не слышали? Шарпс сказал, что вероятность столкновения — один к миллиарду.

— Это я понял, — сказал Грег. — Но еще он сказал, что кометы иногда сталкиваются с Землей. А эта пройдет очень близко к ней.

— Но при этом он не подразумевал столкновения, — возразил Тим.

Грег пожал плечами.

— Однако, я знаю, что такое рынок. Поэтому утром, как только начнут заключаться сделки, я должен быть уже у себя в кабинете.