|
Вильма начала манипулировать приборами, ее широкий лоб сморщился от усердия.
– Это тянущий луч! – ответила она. Вильма включила питание, роторы заработали быстрее, корабль вздрогнул и поднялся в воздух. Бак заметил, что дверь грузового отсека крейсера медленно опустилась вниз. Вильма попыталась вывести корабль из под действия луча. Всех тряхнуло.
– Бесполезно, – сказала девушка. – Бросаю управление, иначе мы разобьемся. – Она поставила на минимум рычаг управления двигателем и откинулась в своем кресле.
– Вот так? Ты сдаешься на милость врагу? – с вызовом спросил Бак.
– Если этого не сделать, корабль рассыплется на мелкие кусочки, а все мы станем трупами, – сказала она.
– Думаю, ты все же не сдаешься, – твердо сказал Бак, удовлетворенный мужеством, которое он услышал в голосе Вильмы. – Мы должны найти какой то выход из этой передряги.
Гелиоплан медленно двигался к грузовому отсеку крейсера. Его роторы глухо урчали, едва удерживая корабль в воздухе. Когда «стрекоза» подплыла к открытому люку, Вильма отключила двигатели.
– А мне показалось, что ты сделала это уже раньше.
Вильма посмотрела на Бака. В уголках ее губ заиграла улыбка.
– Ты – как пират, знаешь очень много всяких штучек, – небрежно сказала она. – Не последняя из них – умение завести в ангар аппарат, потерявший управление.
«Стрекоза» заполнила собой грузовой отсек крейсера РАМ. Обстановка вокруг была напряженной и какой то странной. Сигнальные огни не горели. Даже пираты никогда не позволяли себе такого. Дверь грузового отсека задраилась. Все погрузилось в темноту.
– Так, – сказал Беовульф. Его голос эхом отозвался в пустом помещении. – Кажется, мы попали в ловушку.
Внезапно включились сигнальные огни. Вильма, Бак и Беовульф прикрыли глаза руками, защищаясь от яркого света. Бак услышал потрескивание расползающегося металла и пластигласа.
– Черт побери! – сказала голос, который мог принадлежать только одному человеку на свете.
– Барни? – спросил Бак.
– Это вы, капитан, – удивился Барни, предпринимая еще одну попытку оторвать дверь гелиоплана.
– Что ты здесь делаешь? Вот это удача! – сказал Бак.
– Увидел, что они шныряют поблизости, и отправился следом, – проворчал Барни, имея в виду ударных захватчиков РАМ. Он боялся, что сейчас Бак спросит о Хауберке. После нескольких попыток Барни все же удалось сорвать с петель дверь аварийного выхода гелиоплана.
Вильма соскочила на палубу крейсера.
– Как вам удалось изменить цвет корабля? – спросила она. – Раньше «Деляга» был черным, как этого требовали лучшие традиции пиратов. Сейчас же он сиял пурпурным цветом.
– Это все за счет защитной оболочки, – сказал Барни. – Конии сделал ее красной.
– Здорово сработано, – сказал Бак, когда в дверном проеме гелиоплана появился Беовульф. – Но почему вы не вышли на связь с нами?
– РАМ, – однозначно ответил Барни.
Беовульф, рассматривая в упор гиганта, стоящего перед ним, согласно кивнул головой.
– Над городом полным полно штурмовиков, – сказал он.
– Мы не хотели рисковать, – пробурчал Барни. Его глаза смотрели сердито. Волосы были всклокочены.
Беовульф все еще не мог оторвать взгляд от пирата. Он никогда не встречался с Барни лицом к лицу, но репутация Барни была хорошо известна окружающим, даже тем, кто его лично не знал. Барни взглянул на командующего вооруженными силами Новой Земной Организации сверху вниз, решил, что у того не все дома, и повернулся к своему капитану Баку.
– Вывези нас отсюда, Барни, – приказал Бак. |