— Конечно, он не очень умен. Но он, кажется, знает свое дело. И у него был месяц, чтобы попытаться восстановить корабль.

Оби-Ван нахмурился.

— Кое-что меня смущает. На пульте связи были следы ожога. Мездек сказал, что он вышел из спального сектора и увидел Сэмдью возле пульта связи. Он видел, что Сэмдью связывается с ванкорцами.

Анакин кивнул.

— Поэтому он выстрелил в пульт связи, чтобы остановить его.

— Выстрел с такого расстояния не должен оставить следы ожога на панели, — сказал Оби-Ван.

— Только если он не стрелял с очень близкого расстояния, — согласился Анакин. — Возможно, он неправильно указал, где стоял.

— Если он был достаточно близко, чтобы взорвать панель и оставить на ней следы ожога, не думаешь ли ты, что он был бы достаточно близок, чтобы остановить Сэмдью, не стреляя? Почему у него был бластер? Он сказал, что он спал, и это была середина ночи, — сказал Оби-Ван. — Так или иначе, дело в том, что он лгал.

— Но остальные вышли и увидели, что случилось, — сказал Анакин. — И Сэмдью стрелял в Тика.

— Подумай, падаван, — сказал Оби-Ван. — Ты говоришь о полученных впечатлениях, а не о словах, которые были сказаны в действительности.

Анакин вспоминал, злясь на себя. Он говорил быстро, не прокручивая беседу в уме. Это не сочеталось с его обучением.

Он сосредоточился, как подобало джедаю. Он сейчас четко помнил беседу, в точных словах и последовательности, которые изложили остальные. Точная память была одним из инструментов сознания джедая.

— Сэмдью умирал, когда попытался выстрелить в Мездека, — сказал Анакин. — Это то, что видели Райана и Тик. Тик только ему помешал. Таким образом, Сэмдью, возможно, стрелял в Мездека, потому что Мездек был шпионом. Но почему Сэмдью активировал пожарную систему?

— По этому поводу мы тоже имеем слова Мездека, — сказал Оби-Ван. — У нас везде только слова Мездека, включая выведенный из строя транспорт.

— Вы думаете, что он — шпион? — Спросил Анакин.

— Я не знаю, — ответил Оби-Ван.

Шалини увидела, что они разговаривают, и присела рядом с Оби-Ваном.

— Все хорошо?

Анакин взглянул на своего учителя. Мездек был мужем Шалини. Как глава группы, она имела право знать, что они думали. Но как быть с ее ответственностью?

— Все замечательно, — сказал Оби-Ван. — Скажите нам кое-что. У вас было другое доказательство, что Сэмдью был саботажником?

— Какие другие доказательства нам были нужны? — Сказала Шалини. — Он убил четырех наших.

— Как Вы думаете, в чем состоял его план до того, как его остановили? — Спросил Оби-Ван.

— Мы знали, что он начинал передавать на флот Ванкора, — сказала Шалини. — К счастью, Мездек вмешался прежде, чем они засекли наше месторасположение. Я предполагаю, что он сообщал о том, что у нас есть планы вторжения. Затем он убил бы нас и улетел.

— В поврежденном транспорте?

— Я полагаю, ванкорцы выслали бы транспорт, — сказала Шалини. — На что вы намекаете?

— Вести себя так кажется неумелым для шпиона, — сказал Оби-Ван. — Намного лучше сообщить ванкорцам, что их планы перехвачены, затем остаться на месте и надеяться на большую возможность предать Тайфа-Дор.

— Возможно, он был неумелым шпионом, — сказала Шалини. — Возможно, его миссия была закончена. Возможно, он устал от холода. — Она с любопытством следила за Оби-Ваном.