|
– Орден управляет людьми, словно они никчемные марионетки. Нет, не так… Люди сами желают, чтобы ими управляли. На устах мольба к Свету, а в голове пусто! Полная пустота! Там нет ничего. – В тебе говорит твое прежнее "я". Ты был некромантом, и гонения на них не дают тебе покоя. – Да, это так. Не буду отрицать. А тебе это безразлично… – Гонения были всегда, - сказал Дарий, немигающим взглядом смотря на огонь. – Но они не достигали такого размаха! - с возмущением сказал Рихтер. - Меня до глубины души возмущает то количество вранья, в котором увязло человечество. Это настоящее болото и скоро оно накроет их с головой. – Ты же никогда не был особо добр к людям. Разве за прошедшие восемьсот лет что-то изменилось? – Мир изменился, а не я. Дарий, почему ты не прекратишь это безобразие? Вмешайся, наконец! – Не буду тебя обманывать, я действительно ни во что не вмешиваюсь. – Почему? – Скажем так, этот мир меня сейчас мало интересует. Я занят устройством другого. – С чего это ты бросил его на произвол судьбы? - удивился Рихтер. - Чем он тебе так не угодил? – Как тебе объяснить… Я ничего не бросал, потому что не брал. К этому миру я испытываю чувство сродни ностальгии и ничего больше. Родину не выбирают, к сожалению. Это место моего появления, но меня нынешнего оно не устраивает. Нет той особенной связи… Этот мир не является моим продолжением, потому что не я его создатель. – То есть если излагать нормальным языком, тебе в нем просто скучно? – Примерно. – У тебя есть возможности все изменить, но ты не желаешь этого делать, а я, значит, должен смотреть на все это безобразие? Дарий перевел взгляд с пляшущих языков пламени на Рихтера, и тот отвел глаза. – Ты так бурно реагируешь, потому что расстроен. Ты опять встречался со своей половиной? – Да, - Рихтер упал обратно в кресло и прикрыл лицо рукой. - Она умерла за несколько минут до моего появления у тебя. Девочка, которая могла вырасти и стать, кем захочет, если бы не мое чудовищное, безумное влечение к ней, которому я не в силах противиться. Дарий, но почему я должен раз за разом делать это? Как только она рождается, я несусь к ней, смотрю в ее прекрасные глаза, но она успевает увидеть меня раньше, чем я ее. Она видит только свою Смерть! – Рихтер, мне очень жаль. Твое горе так велико, что даже огонь страдает вместе с тобой. - Пламя в камине действительно стало тускнеть, и комната погрузилась в полумрак. – Дарий… - из его груди вырвался мучительный стон. - Пусть она вовсе не рождается. – Рихтер, ты же знаешь, что это невозможно. Я не властен ни над тобой, ни над твоей второй половиной. Это один из законов мироздания. – Хотел бы я знать, кто устанавливает такие дурацкие законы! - со злостью сказал Рихтер. – Я тоже. Но они нужны, поверь мне. Без них давно бы наступил хаос. – В таком случае - да здравствует хаос! Дарий вздохнул, давая другу возможность выплеснуть свой гнев. Рихтер нервно походил из угла в угол и снова сел напротив него. – Что ты читаешь? - он протянул руку и посмотрел на обложку книги, которую Дарий держал на коленях. - Тут нет названия. – Потому что это книга еще не написана. – Да? - Рихтер с сомнением посмотрел на гнома. - У Создателя свои странности, я понимаю… Так ты что-нибудь собираешься предпринять или нет? – По поводу, - Дарий на мгновенье задумался, - бескрайних болот лжи и предательства о котором ты мне говорил? Нет. |
