Размышления Куля прервал истошный вопль:

- Этап! Встать!

В сопровождении красного запыхавшегося Сиволапова пришел уже знакомый Николаю майор, начальник оперативной части. Он встал в проходе между кроватями и скомандовал:

- Этап, в одну шеренгу становись!

Зеки нехотя вышли из промежутков между шконками и составили относительно прямую линию.

Последовал очередной приказ:

- Согнуть руки в локтях, ладонями вниз!

Этапники подчинились. Кум быстро прошел по ряду, разглядывая костяшки кулаков. На мгновение он остановился напротив Николая, взглянул тому в лицо.

- А, осужденный Кулин! - Лакшин по-домашнему улыбнулся. - Что скажешь? Ничего?

Куль только и смог, что кивнуть.

- Что ж, другого я от тебя и не ожидал, - вздохнул майор. - А вы, граждане преступники, что мне можете поведать?

Все насуплено смотрели в пол и затравленно дышали.

- Хочу вам сказать, граждане осужденные, что побои, которые кое-кто из вас причинил осужденному Филонову, уголовным кодексом квалифицируются как нанесение тяжких телесных повреждений. Делайте соответствующие выводы.

Кум дал зекам несколько минут на произведение умственной работы, после чего продолжил:

- Я-то все равно узнаю, кто это сделал. Из вас самих кто-нибудь, да стукнет. Так что, жду чистосердечного признания, смягчающего, как вы знаете, вину...

- И увеличивающего срок... - Невольно добавил Налим. Майор пригвоздил этапника взглядом к шконке, но от комментариев воздержался.

- Что, нет добровольцев?.. Последний раз спрашиваю. - Предупредил кум.

Ответом было то же затянувшееся молчание.

- Ладно. Я вас предупреждал. - Лакшин развернулся и пошел прочь. У дверей он остановился и обронил, словно, невзначай:

- А те, кто бил этого парня, ждите сюрпризов!..

Едва кум удалился, в секцию влетел провожавший его Сиволапов:

- Вы чего это, рожи козлиные, творите?! - Заорал шнырь во всю глотку.

- Ты сам-то кто? - Нагло осклабился Налим. - Косяк нацепил, думаешь, на нормальных мужиков можешь наезжать?!

- Это кто тут нормальный мужик? - Сиволапов подскочил к Климу и чуть ли не боднул того лбом в нос. - Это ты, что ли, нормальный мужик, блатота недоделанная?

Попов выдержал взгляд в упор и процедил сквозь зубы:

- Я с кумом чихнарку не глушил. И глушить не собираюсь.

- Ха, с кумом! - Шнырь отступил на шаг. - Ды, чего, такой наивный? Думаешь, Лапша с тобой разбираться будет? Хрен там! Сейчас сюда авторитеты подвалят - они-то тебе кожаную пилюлю и пропишут!

Налим отшатнулся. Даже в тусклом свете шестидесятиваттной лампы было видно, как он побледнел.

И правда, не прошло и десяти минут, как в карантинку ввалилась толпа из пяти человек. Николай, уже привыкший оценивать зеков по внешности, сразу определил статус каждого из вошедших. Главным был один, Куль видел его, когда ходил на разборки к Крапчатому. Четверо других, хотя и были одеты как блатные, являлись "торпедами", бойцами.

- А ну, мужички-беспредельщики, стройся, блин! - Гаркнул блатной. Этапники, недоуменно поглядывая на визитеров, выполнили команду.

- Я - Колесо. - Представился зек, - А эта братва - мои помощники. Детекторы лжи, блин. Ну, кто тут косяки порет?

Не дожидаясь ответа, Колесо мотнул головой. Двое боевиков вышли вперед. Один пробежал в начало строя, второй остался вначале.

- Сперва, - маленький урок. - Предупредил блатной.

"Торпеды" немедля приступили к делу. Каждый из этапников получил по мощному удару в грудину. Николай тоже получил свою порцию. Дыхание у него на миг перехватило, но он, в отличие от многих, удержался на ногах.

- Ну, кто тут основной? - Глумливо спросил Колесо после конца экзекуции.