- С удовольствием. - Усмехнулся кум, - Только мне хотелось бы узнать, что именно тут творится.

- Да вы уже все слышали и видели. - Женщина печально вздохнула. - Этот вал беременностей, вчерашнее убийство... Скажите, что вы обо всем этом думаете? Можно с этим что-нибудь сделать?

- Смотря, что вы хотите... - Уклончиво произнес кум.

- Я хочу, чтобы в лагере был порядок. Чтобы он не превращался в филиал детского дома. Чтобы эти несчастные женщины не рожали еще более несчастных детей! Вы знаете, в три года их должны отделить от матери и послать на воспитание в интернаты. Представляете, какая это травма для малыша! А воспитание? Начало жизни в тюрьме, что может быть ужаснее?!

- А что, раньше здесь не зале... Беременели? - полюбопытствовал Игнат Федорович.

- Беременели, беременели... - горько усмехнулась Широкогорлова. - Но не в таких количествах. Были, конечно, нелегальные, как вы выражаетесь, "залеты", но чтобы сразу несколько сотен! Такое практически невозможно!

- Но случилось. - Отметил Лакшин.

- Да. И это как раз то, что не дает мне покоя.

- Вы упомянули о нелегальных беременностях. Что это такое и как делается?

- Схема проста, - Светлана Ильинична слегка покраснела, - или соблазнить кого-то из мужского контингента, а их здесь крайне мало, или воспользоваться услугами тех подружек, которые ходят на длительные свидания. Видите ли, живые сперматозоиды могут до трех суток сохраняться в мякише белого хлеба.

- И это, как я понимаю, здесь весьма ходовой товар? - Предположил майор.

- Да. - Кивнула врачиха. - В нашем лагере очень тяжелые условия, вот женщины и ищут всякие лазейки, чтобы улучшить условия содержания. А ребенок - самое лучшее для этого "средство".

- Думаю, я кое-что могу вам рассказать... - Начал Игнат Федорович. Недавно я узнал, что наши зоны соединяет подземный ход.

Повествование кума не заняло много времени. Светлана Ильинична слушала, не перебивая, и лишь когда майор сказал последнюю фразу, женщина позволила себе недоверчиво хмыкнуть:

- Вы хотите убедить меня в том, что наши бабы каждую ночь бегают туда-сюда несколько километров, чтобы переспать с вашими зеками?

Лакшин не нашел чего возразить. Казалось бы, вот она, стройная схема: зеки и зечки, тайный проход, оргии на четвертом этаже монастыря и, как следствие - куча младенцев. Но вопрос врачихи вдребезги разбил всю конструкцию. Действительно, на подобное путешествие, туда и обратно, даже бегом, должно было уйти не меньше трех-четырех часов. А за это время отсутствие зечек обязательно должны были заметить. Разве что организаторы этой "тропы" в сговоре с прапорщицами. Причем сразу со всеми. Но это уж совершенно нереально.

- А, может, они на велосипеде? - предположил Лакшин.

- Вы еще скажите, что они свет туда провели! - Говоря это, Широкогорлова даже не улыбнулась. - Или железную дорогу построили. С паровозом и вагонами.

- Вы зря иронизируете. - Сухо ответил майор. - Я уже не раз убеждался, что когда дело касается зеков - от них можно ожидать буквально всего.

- Пусть так. - Безразлично промолвила врачиха, - Но не приходило ли вам в голову, что эту легенду, про мифический подземный ход, вам специально подбросили, чтобы отвести глаза от каких-то других, более очевидных решений?

- Например?

- Что кто-то, скажем, через водителей, наладил сюда поставки спермы.

- Вот видите, - оперативник через силу растянул губы в улыбке, - вы и сами все прекрасно сообразили.

- Извините. - Стушевалась Светлана Ильинична. - Но я не верю в существование этого хода. Слышала о нем, да. Но даже если он и существовал, как вы говорите, с прошлого или позапрошлого века, то к сегодняшнему дню он, наверняка, сто раз уже успел обвалиться.

- Возможно... - Лапша поднял брови. - Но, в любом случае, я не нахожу другого объяснения всем фактам.