|
Кевин пытался брыкаться и кричать, но он не смог бы мне помочь. Я почувствовала себя словно в фильме «Зеленая миля»… Я помнила только саму суть, но когда Купер тащил меня по гравию к водоему, вдруг четко услышала в голове последнюю фразу персонажа Тома Хэнкса: «Когда-нибудь каждому из нас придется пройти свою зеленую милю, но иногда она кажется такой длинной…» Моя зеленая миля была куда короче…
* * *
– Нет! – задыхалась я. – Нет, Скотт, не надо!
– Поздно ты умолять решила, новенькая! Знаешь, что я ненавижу больше жалости? Унижение! Еще ни одна унизившая меня сволочь не получила прощения… А из-за тебя я прочувствовал все грани унижения!
Купер снова меня толкнул, я упала на колени, царапая их о гальку. Боли уже не чувствовала, ощущала лишь страх и упрямое желание жить. Купер почему-то тащил меня по бурелому, приговаривая при этом, что по тропинкам нельзя. Но даже так мы оказались у воды слишком быстро.
– Тебя посадят, слышишь? Если ты сделаешь это…
– Заткнись! – В спину прилетел пинок, и я рухнула лицом вниз, царапая уже лицо. – Родители отмажут меня, как и Кэва. Он должен был быть благодарным за это! Но не-е-ет… ему казалось, что это я ему обязан лизать задницу!
Хотелось заорать Куперу, что он псих. За поступок Кевина он и должен был лизать ему задницу! Но я молчала… Молчала и винила во всем Кевина. Зачем он скрыл преступление этого ублюдка? Почему не рассказал правду, почему позволил этой мрази остаться безнаказанной?!
– Как думаешь, – присвистывая, начал Купер, – вода холодная? Помню, два года назад она была ледяной.
До водоема оставалось всего ничего, рукой подать. В голове образовалась сумбурная каша из ужаса и отчаяния. Я отчаянно попыталась оттолкнуть Купера.
– Нет, сучка! – хватая мою ногу и выворачивая ее, взревел тот. Кость хрустнула, у меня вырвался неистовый вопль. – Не в этот раз!
Мне показалось, что я заснула. Потом поняла, что, скорее всего, потеряла сознание от болевого шока. Реальность неохотно возвращалась ко мне.
– Эй, не-е-ет, новенькая, – хлопая меня по щекам, протянул Купер, – еще рано отдавать Богу душу. Я только начал.
Он осмотрелся по сторонам, попрыгал на месте и принялся снимать с себя штаны и ботинки.
– Придется тоже искупаться, но я готов замочить лапки.
Оставшись в одних трусах, Купер подошел ко мне и вновь поднял с земли. Ноющая боль в ноге усилилась настолько, что меня бросило в жар. Я, вскрикнув, повалилась обратно. Но Купер не позволил. Перехватил своими клешнями меня за талию и поволок к воде.
– Сэм! – раздался голос Дилана со стороны леса. – Сэм, ты где?!
– Ах, – улыбнулся Купер, поворачиваясь вместе со мной спиной к озеру, – малыши-спасатели подоспели! – Он опустил меня на целую ногу, вплотную прижался к спине, одной рукой держа за талию, а другой ухватился за подбородок. – Давай поспорим, что они разделились? Я бы поступил так: один в дом, другой к воде.
Я дернулась, но силы совсем покинули меня, тело не слушалось.
– Ты знаешь, в этом домике раньше жил лесник. У него осталось столько интересного барахла… Будь я наивным идиотом, поверил бы, что ты придешь без подмоги. – Купер приблизился к уху и прошипел: – А я не идиот. Я подготовился! Так что смотри в оба!
Он снова повернул мою голову так, чтобы я глядела в сторону леса. Этот псих зачем-то начал снова насвистывать свою дурацкую мелодию… В желудке закрутило от волнения. Буквально спустя минуту между веток показалась огненная макушка Дилана, и я вновь разрыдалась. |