|
Я посмотрел вдоль стола. Цельный кусок дерева. Из скольких мельчайших и недавно живых частиц состояла эта плита? И ведь она была лишь малой частью целого, распиленного ради того, чтобы появился вон тот стол, те стеллажи, чей-то дом. Сколько времени потребовалось этой расчлененной, похожей на кость плите, чтобы вырасти до такой длины, клетка за клеткой, будто по кирпичикам? Замысловатая структура… умопомрачительная композиция. И я парю слишком высоко над ней, чтобы уловить внутренние структуры, мертвые, но уцелевшие, как окаменевшие микроорганизмы. Я похож на какого-то глупого бога, неспособного постичь им же созданный мир… неспособного опуститься достаточно низко, чтобы разглядеть частичку жизни в зернышке… разглядеть тайны, скрытые в записанных на зернышке строчках, и ведь их можно было бы перевести, если бы кто-то знал ключ к коду…
– Привет, – произнес кто-то рядом. Краем глаза я заметил золото. Наверное, мне предлагали еще чаю, я поднял взгляд и увидел чуть улыбающееся серое лицо. Но на этой женщине не было тюрбана, ее густые черные волосы ниспадали на плечи. Именно ее я не смог найти вчера. Снова вокруг меня поднялись головы. Взгляды полыхали. Я старался не обращать на них внимания. Молодая женщина была одета в похожую на саронг золотистую юбку, обернутую вокруг пышных бедер, и облегающий топ цвета индиго с длинными рукавами. На этот раз в ее улыбке чуть проглядывали яркие на фоне угольно-серых губ зубы. Немыслимо. Кощунство. – Интересуетесь нашей культурой? – спросила она почти шепотом, кивая на нетронутые книги и чай. – Эмм, да, – ответил я. Поскольку действительно интересовался. Определенным аспектом ее культуры. Ею. – Есть ли… что-то, с чем я могу вам помочь? – Ну, э-э… конечно… я… – Вы собирались подойти ко мне, когда были здесь на днях. – Да, точно… Собирался… Я кое-кого искал… И собирался попросить о помощи… – Вы его нашли? – Ее голос не был «непристойным». Он был цвета индиго и золота. – Да. Все в порядке, спасибо. – Это хорошо. Я кивнул. – Так что… Ой, вы не присядете? Я хотел бы задать вам несколько вопросов, если не возражаете. О вашем народе. Ваших обычаях… Она опустилась на стул слева от меня. Тот тоже был сделан из похожего на кость дерева. Юбка, казалось, связала ее ноги, в стиле русалок. – Вы студент? – спросила девушка. – Нет. Я, эмм, безработный сейчас. Меня просто интересует ваш народ. У вас очень любопытная культура… – Возможно, вас привлекают и сходства, и различия между нами. Вы слышали историю об Уггиуту и о том, как он заселил вселенную нашими народами? – Немного. Может, не эту ее часть. – Меня зовут Салит Екемма-Ур. Я пожал ей руку. Еще больше взглядов – затаенных и открытых – обожгли меня жарче, чем воздух. Я ожидал, что в любой момент кто-нибудь вскочит из-за стола и замахнется стулом. Но Салит выглядела куда меньше обеспокоенной. – Друзья называют меня Сэл, или Салли, – продолжала она. – Или Эмма. Мне больше нравилось Салит. Так гораздо экзотичнее. – Кристофер Руби, – представился я. – Люди зовут меня Крис. Я не упомянул, что Габриэль назвала меня Тофером. Позже сообразил, что мог бы придумать себе новое имя, поскольку был пустым местом – это ощущение казалось одновременно головокружительным и странно освобождающим. Поскольку я сам себя уничтожил, мог и придумать себя сам. Что ж, я бы создал совершенно нового Кристофера Руби. Просто сделал бы его менее застенчивым. – Что ж, Крис, на Кали считается, что бог-дьявол Уггиуту создал всю вселенную. |
