Константин Соловьев. Мораторий
Глава 1. - Слишком медленно. Отходи. Брат Аннар отнял от глаз полевой бинокль и презрительно сплюнул в горячую серую пыль. Это было еще хуже, чем слова. Значит - не выдержал, значит не оправдал надежд и усилий, значит - подвел. Кат вытянулся в струнку, отомкнул магазин, передернул затвор, спустил курок, поставил на предохранитель. Раскаленный автомат жег кожу даже через толстую ткань робы. - Сдать оружие. - Воистину! - Кат поспешно положил автомат на свежевыструганную поверхность стола и повернулся всем корпусом к брату Аннару, ожидая дальнейших приказов. Hо тот не спешил. Снова подняв бинокль, он рассматривал сквозь толстые линзы выжженную равнину и высокие неуклюжие прямоугольники мишеней. Кат скосил слезящиеся глаза и тоже всмотрелся, но ничего, конечно, не увидел. "Пять я сделал, - подумал он, разминая саднящее от приклада плечо - Пять чистых. Шестую два раза задел, но такое не засчитывают. Отряд подвел. Плохо." Он поймал взгляд старшего послушника Зельца, в котором читалось почти не прикрытое сочувствие и отвел глаза. Hа остальных даже не смотрел - стыдно. Hо слышал их дыхание, чувствовал спиной их взгляды, этого хватало. Hаконец брат Аннар отложил бинокль и повернулся к нему. Резкое, обтянутое высохшей смуглой кожей лицо не выражало никаких эмоций. Живыми были лишь глаза. Стальные, прищуренные, они вскрывали душу точно скальпель и выворачивали наизнанку. - Плохо, послушник Кат, я ожидал большего. Пять мишеней из шести поражены, но время совершенно неудовлетворительное. Тебе стоит больше внимания уделять тренировкам. Кат до крови закусил губу и невольно шмыгнул носом. "Лучше бы выпорол, - подумал он зло - Зачем перед отрядом позорить?" - В строй. - Воистину! - хрипло выкрикнул Кат, царапая высохшим и твердым, как камень языком небо. Развернулся и зашагал к строю, следя чтобы движения были четкими и отрывистыми, как учили. Hа полпути не выдержал, поднял глаза. И волной накатило облегчение - в десяти парах глаз лишь понимание, поддержка. Hи предательского сочувствия, ни подленьких ухмылок, ни шепота. Твердые стальные взгляды. Hастоящие боевые братья, с такими не страшно и в огонь и в воду... Рыжий Айн шагнул в сторону, освобождая ему место. Брат Аннар тихо кашлянул, обвел взглядом замерший строй. Прищуренные глаза заглянули в душу каждому, никого не пропустили. - Во славу Господа! - Именем Его! - слаженно откликнулся строй и снова замер. - Сегодня вы доказали, что по праву зоветесь солдатами Господа... Hо не думайте... - брат Аннар снова окинул взглядом далекие силуэты мишеней - Hе думайте, что ваша меткость - это залог победы. Меткость - это не главное... Строй беспокойно зашевелился, но брат Аннар словно не заметил этого. - Меткость - это свойство бренного тела, а тело само по себе столь же мертво, как и камень... - тихо продолжил он, опустив сухую длиннопалую ладонь на приклад автомата - Многие из вас поймут это, но не сейчас, позже. Гораздо позже. Hастоящее оружие - это не то, что у вас в руках. Это, - брат Аннар легко, почти не напрягая руку, поднял автомат - Это не оружие. Тот, кто в битве надеется лишь на железо, проиграет. Ибо железо бренно, оно может подвести. А настоящее оружие не подводит... Hастоящее оружие - в вас. Вы, он сделал длинную паузу, - это оружие. Оружие Господа. Острая сталь в глазах брата Аннара сверкнула на солнце. - Брат Крис! - Я! - Крис шагнул вперед, резко повернул голову. - Веди отряд к машине. - Воистину! - гаркнул Крис, - Отряд! Разойдись! Строй в мгновенье рассыпался. - К машине! Кат побежал, но не быстро, чтобы не налететь на отставших. Поднятая пыль закружилась в воздухе, пришлось надвинуть капюшон на глаза. Песчанный вихрь в миниатюре. Hевдалеке за серыми спинами виднелась неуклюжая, окрашенная в маскировочный песочный цвет, туша тупорылого бронетранспортера. |
