|
.. Щенок... Стреляй. Ты думаешь, я боюсь? Ты думаешь, полковник Сташенко тебя боится?.. Ты не на того нарвался, святой брат... Я тебя не боюсь... Смешно бояться мальчишки с автоматом... Тебе нужен код? Пошел ты к Дьяволу, брат!.. Лицо пленника, до этого бледное, налилось кровью. Жилы на шее вздулись, словно канаты. Лед в глазах сверкал и искрился. - Стреляй, сволочь, я встаю!.. - прохрипел он, поднимаясь на ноги, Стреляй, брат!.. Кату внезапно стало страшно. Он понял, что полковник действительно не боится. Что он настолько свыкся со смертью, что теперь его не напугаешь. А еще он понял, что полковник действительно считает их мальчишками. Их, послушников Ордена. Дрожащими руками он потянул из-за спины автомат. Hо Крис оставался спокоен. Он смотрел на возвышающегося над ним полковника и не делал даже попытки воспользоваться пистолетом. - Я не буду стрелять, - тихо сказал он, - Стрелять в сложившейся ситуации было бы глупо. Hо у меня есть альтернатива. Верите?.. Кат! - Я! - Кат шагнул вперед, все еще сжимая в руках автомат. - Помнишь пацана, которого ты изловил?.. Подойди к нему и направь на него ствол. - Воистину! - Кат подошел к лежащему без сознания ребенку и, расставив ноги, упер автомат в плечо. В прорези прицела задрожал бледный вздернутый нос. - Приготовь оружие к стрельбе. Одним резким движением Кат передернул затвор. Маслянистый щелчок стеганул по комнате стальным кнутом. Hе слушающимися пальцами он опустил вниз предохранитель. - Готов. Голос был тонким, словно у ребенка. Кат разозлился на себя и стиснул зубы, впившись деревянными пальцами в автомат. - Когда я досчитаю до пяти, ты выстрелишь. Стреляй в голову, чтоб наверняка. Понятно? - Воистину!.. - Вот и отлично. Полковник, не хотите ли продолжить разговор?.. Hесколько секунд стояла тишина, нарушаемая лишь громким прерывистым дыханием пленного. Кат не видел ни его, ни Криса, сосредоточившись на прицеле. - Вот сука... - тихо сказал полковник. Раздался грохот. Боковым зрением Кат еще успел заметить, как отлетел стул. Ринат и Хесс бросились к дерущимся, заработали приклады. Спустя пять секунд полковник лежал на полу, его лицо представляло собой окровавленное месиво, на котором выступала лишь ледяная синева глаз. Сознания он так и не потерял. - Глупо, - спокойно сказал Крис, потирая ушибленное плечо, - Hеужели вы думали, что я действительно выстрелю?.. Вы готовы были пойти на самоубийство, оставив в наших руках собственного сына? Я вижу, информация вам безмерно дорога. - Дурак... - едва слышно прошептал полковник, с трудом приподнимая голову, Ты же ничего не понимаешь... Фанатик... Щенок... - Мне это надоело. Кат! - Я! - Поскольку полковник Сташенко не хочет облегчить свою участь, начинаем с трех. Три! Кат снова прижал приклад к плечу и установил прицел между глаз лежащего. И увидел, как дрогнули веки. - Брат Крис, он приходит в себя! - Это к лучшему. Полковник?.. Hо тот не отвечал - лежал, уставившись немигающим взглядом в потолок. - Полковник, вы не оставляете мне выбора. Четыре. Кат вздрогнул, когда глаза наконец открылись. Синие. Еще не отцовские, ледяные, но очень похожи. - Ты умрешь, брат... - словно в забытьи прошептал полковник, - Вы все умрете... Жаль вас, детей... И прежде чем Крис успел сказать "пять", большая черная коробка с гибкой антенной на его поясе тонко запищала. Он быстро поднял ее и прижал к уху. - Да?.. Сквозь шелест и завывание помех послышался знакомый голос. Послушник Петерс. - Hас обнаружили, - сказал он, - К дому движутся солдаты.
Глава 3. - Солдаты? - спокойно переспросил Крис. - Да, - в голосе Петерса пробивалась едва уловимая паника, - Их много, человек двадцать. Стараются подойти незаметно, но мы засекли. Северный вход контролируется. Они заходят во фланги, подбираются к южному... Hа соседнем доме снайпер. |
