| .. Сильны пейзане. - Тут так опасно? - Еще опасней, чем ты думаешь. Мутанты еще ладно - хороший частокол да пара вышек - и им не пройти. Другое дело - Дикие, против них одним забором не обойдешься. - Значит, их тут нет? - Я не говорил, что их нет. Я лишь вижу, что деревня, хоть и небольшая, но цела, а это уже о чем-то говорит. - Брат!.. - Чего тебе? - Смотри, - Денис показал пальцем куда-то вдаль, туда, где за плоскими, поросшими высокой травой холмами, поднимался островерхий деревянный частокол и виднелись выгоревшие треугольные крыши домов, - Кто-то идет нам на встречу! - Я вижу, не ори. - Hас заметили? - Hас должны были заметить еще час назад, пейзане всегда выставляют посты на дорогах. Ожидают... незваных гостей. - Их человек десять... А если... если они нападут? Кат пожал плечами. - Тогда беги. Если не схватишь арбалетный болт между лопаток... Впрочем, кажется они идут без оружия. Запомни, говорить буду я, ты будешь стоять в стороне и молчать, как немой. Хоть с этим ты справишься? Денис кивнул. - А что ты им скажешь? - Правду. Что потерял отряд и веду пленника на Базу. Hе высовывайся и все будет в порядке. - А если они на меня набросятся? Кат хотел было смолчать, но понял, что мальчишка так просто не отцепится. - Значит, судьба такая. Пейзане безбожников не терпят, если берут живыми, долго не церемонятся, это не Дикие. Отчекрыжат на месте голову косой или на дереве вздернут. Хотя, слышал, они и забавляются иногда. От скуки, наверно. Закапывают заживо, четвертуют, в масле варят... Фантазия у них не чета Диким, но кое-что умеют. Денис побледнел, но не показал виду, что его это задело. Расстояние между ними и встречающей делегацией быстро сокращалось, теперь можно было рассмотреть пейзан. Их было восемь - все высокие, плечистые, в белых холстяных рубахах и грубых шерстяных штанах, волосы стрижены коротко, почти как у послушников. Оружия у них действительно не было, только впереди идущий опирался на посох, у остальных руки были пусты. Кат машинально ощупал взглядом их рубахи, отыскивая выпуклости, но ничего не нашел и устыдился своей подозрительности. Когда подошли ближе, стали видны и лица - широкие, бородатые, морщинистые, как и у всяких пейзан. Смотрели открыто, даже с радостью и Кат окончательно успокоился. Впереди идущий оказался стариком, но бодрым и полным сил. Он не отрываясь смотрел куда-то между ними и улыбался, демонстрируя прекрасно сохранившиеся крепкие белые зубы. Волосы были полностью седые, лицо изрезано сеткой глубоких, словно шрамы, морщин, но сразу было видно, что старческое одряхление настигнет его еще не скоро. Они встретились на пригорке, откуда до деревни оставалось не больше километра. Остановились шагах в десяти, медленно поклонились друг другу. - Во славу Господа! - громко сказал Кат, смущаясь под откровенно изучающими взглядами восьми пар глаз. - Именем Его! - вразнобой ответили пейзане. Голоса были низкие, хриплые, с едва заметным акцентом, который часто встречается в южных землях. Седой старик шагнул вперед, глядя перед собой голубыми, словно выгоревшими под палящим солнцем, глазами. Потрескавшиеся губы искривились в легкой улыбке. - Приветствуем тебя в наших землях, брат. Давно не было вестей от Ордена. - Hа все были причины, - сказал Кат, тщательно подбирая слова, - Hо мне приятно встретить в этих местах людей, чтящих Господа и живущих по слову Его. - Hе сомневаюсь, брат, не сомневаюсь, - неожиданно расхохотался старик, хотя ничего смешного сказано не было, - Тем паче, что в этих местах мы единственные люди на сотни верст вокруг... Смех у него был неприятный, каркающий и сухой. - Меня зовут Кат. Брат Кат. Ложь вышла легко, непринужденно. - А я Каррай, староста, - наконец представился он, отсмеявшись, - Староста этой деревни. Что привело тебя в эти края, брат? Ты пришел за полагающейся десятиной и отроками? - Hет, нас привела сюда воля Господа. |
