Ее можно понять. Потеря любимого человека… самого близкого ей…

Тоска, граничащая со страхом.

Ненависть, перемешанная с отчаянием и желанием уничтожить Мордреда.

Если бы он не предал короля, ничего такого и не было бы. Все было бы хорошо, Гарет выжил и они с Линеттой продолжали бы жить «долго и счастливо», словно в сказке.

Но этот ублюдок втоптал в землю ее мечту и все то, чем она дорожила. Возможно не осознавая того, он обрек Линетту на страдания, пока живы ее тело и душа.

Ему не важна человеческие жизни и их чувства. Важно лишь решение того, кому он беспрекословно подчиняется — Морганы.

Прорываясь к рядам противника, она кричит.

Из горла Линетты вырывается орлиный клич, извещающий о начале битвы.

Едва она подобралась к Мордреду, тут же замахнулась лезвием длинного по обычным меркам ножа. Ее атака была настолько выверена, что у предателя возникли подозрения, не обучал ли ее кто ножевому бою.

Клинок прошел в паре дюймов от его лица. Если бы он не подался назад, уже получил бы серьезное ранение. Линетта могла рассечь ему глаза, ослепив.

И хотя для такого гомункула, как он, это не проблема, на восстановление ушло бы время. В таком случае, будучи по сути беспомощным, он мог получить смертельный удар от ЖЕНЩИНЫ.

Такое непозволительно. Если рыцаря убивает женщина-не рыцарь, то это становится позором, и мало кто сможет это смыть. Одно дело, если бы Мордреда лишила одной из жизней Артурия, или, скажем, Борс…

Но не Линетта.

Ей он такого позволить не мог.

Отводя ее руку вбок, он инерционно поворачивает и девушку. Теперь, когда она стоит к нему спиной, Линетта стала беззащитна.

По крайней мере так думал Мордред.

Она атаковала правой рукой. Правую схватил и он…

Глупец.

Достав второй свой нож, на этот раз левой рукой, Линетта не целясь воткнула клинок во что-то, что находилось у нее за правым плечом.

Этим самым «что-то» был глаз Мордреда. Рыцарь не кричал, и не ругался, а лишь ослабил хватку. И девушка этим воспользовалась. Извернувшись, она со всей силы ударила рукоять ножа локтем, из-за чего лезвие вошло еще глубже, пронзило мозг и остановило всю деятельность организма.

Он все же погиб от руки девушки, не являющейся благородным рыцарем. И пусть она дочь Белого рыцаря, легенды в определенных кругах, это не делает ее выше любого другого рыцаря, пусть даже и едва посвященного.

А Мордред, дав слабину и посчитав ее обычной магичкой, не ожидал, что маг так искусно сражается короткими клинками, коими овладеть не каждый может.

Что ж… возможно для нее это и есть лучшее оружие.

Оно отлично сработало против ее противника. Уже второго за последние двадцать четыре часа. Линетта никогда не думала, что сможет убить двух людей в столь короткий промежуток времени. Она в страшном сне себе представить этого не могла.

Однако, когда эти самые страшные сны становятся реальностью, граница безумия и праведности стирается, не оставляя возможности на неправильные решения.

А убийство Рено де Даммартена и Мордреда несомненно были правильными.

Они не могли быть ошибочны. Первый убил и изнасиловал ее сестру (причем порядок этих действий под большим вопросом), а второй… из-за Мордреда погиб ее муж, сер Гарет.

Отомстить за двух дорогих тебе людей… кровных родственников… это не может быть ошибкой. Линетта не могла ошибаться в правильности своих действий, по этому и не сожалела об столь частых убийствах.

Вдоволь насмотревшись на поверженного противника, девушка развернулась к королю Артурии. Она, как и Персиваль, как и саксы, буквально обомлевши смотрели на Линетту.

И не только на нее. Еще и на Мордреда, безжизненно лежавшего на земле.

Толика радости зародилась в сердце Персиваля. Раньше он не мог поверить, что Борс была права, и воспылал праведным гневом.