Рори приподнял бровь и обратился к Эллен:

– Это для вас, как я понимаю?

– Нет. Я думаю, что это для Дилли.

– Для какой Дилли? – Он широко зевнул.

– Ты знаешь ее. – Шпора внимательно посмотрел на кузена. – У нее еще такая славная чалая лошадка.

Мрачное лицо Рори просияло.

– Дилли из Оддлоуда? Дочка Фили?

– Ты ей тоже очень понравился, так она и сказала, – рассмеялся Шпора.

– Правда? – Вид у Рори стал довольно глупый.

– Она рассчитывает на твои уроки – когда приедет на летние каникулы.

– Конечно! В любое время! И лошадку свою пусть приводит, хоть сейчас!

– Приезжай сегодня, если хочешь, – предложил Шпора.

– Не могу. – На лице Рори отразилось сожаление. – Сегодня я управляюсь один. Шерри повезла кое-кого из молодняка на выставку.

Он взглянул на Энн, которая совсем выбилась из сил.

– Пожалуй, мне пора. Барьеры на площадке за сараем, найдете?

– Конечно, спасибо.

Пока они крепили деревянные брусья на багажнике джипа, Эллен уговаривала себя не ревновать Шпору к Дилли, ради которой он так хлопочет, и не злиться на то, что при этом он использует ее машину и время,

Они снова ехали через долину, обратно в Оддлоуд.

– Черт, братец уже надрался, – сказал Шпора.

– Как, разве он был пьян? – удивилась Эллен. Она ничего не заметила.

– Похоже, еще с прошлого вечера. – Шпора закурил и открыл окно.

Для беспробудного пьяницы Рори был слишком молод.

– Мы тут начинаем спиваться рано, – засмеялся Шпора, прочитав мысли Эллен. – А то обстоятельство, что я рядом, никак не спасает беднягу.

Девушка сосредоточилась на узкой извилистой дороге – джип спускался с холма, его крыша поскрипывала под тяжестью груза.

– Надеюсь, он был слишком пьян, чтобы разглядеть вас и влюбиться.

– Я страшна, как смертный грех.

– Вы соблазнительны, как этот самый грех. Эллен чуть не пропустила поворот на мост через Одд.

– К тому же вашего кузена явно интересует Дилли. По-моему, они неплохая пара, – заметила она.

– Я не допущу этого, пока он не бросит пить.

– Вам-то какое дело? Вы что, ее папочка?

– В этом городишке все возможно. – Он вышвырнул окурок в окно. – Давайте наберем клубники.

– Я думала, мы едем за декоративными растениями, – рассеянно сказала Эллен, задумавшись о том, кто же на самом деле является отцом Дилли.

– Я никогда не занимаюсь декоративными растениями на пустой желудок. При питомнике специальный сад. Мы можем сами набрать там клубники к ланчу.

Желудок напомнил Эллен, что она ничего не ела весь день.

– Когда я был маленьким, питомник принадлежал монахам, а новые владельцы – цыгане. Матушка их терпеть не может. Они с Глэдис убеждены, что питомник – только прикрытие, а на самом деле эта парочка разводит коноплю.

– Пикси и Секстон? – вспомнила Эллен.

– Вы слышали о них?

– Фили дружит с Пикси, – кивнула собеседница.

Она не раз слышала это имя от подруги. И по словам Фили, Секстон, муж Пикси, действительно выращивал в теплицах столько нелегальной продукции, что снабжал ею избранных клиентов по всей Британской империи.

Когда они подъехали к питомнику с коммерческим садом, где покупатели сами собирали урожай, их приветствовали лай собак и крики детей.

Те и другие окружили машину плотным кольцом, когда Эллен припарковалась у большого зеленого дома.