Когда суматошную птицу унесли, Фелисити вновь обратилась к миссис Блэкстоун.

– Со мной трое детей, – заявила она, отказываясь смириться под высокомерным взором старой леди. – И я буду вам очень признательна, если они смогут остаться в вашем доме некоторое время.

Эвелин Блэкстоун молчала. Ее колючие глаза внимательно посмотрели сперва на Люси, прятавшуюся за Фелисити и не выпускавшую подола ее юбки, затем перешли на Сисси, по направлению к которой старуха даже сделала несколько шагов, сопровождаемых стуком трости по мраморному полу. Фелисити едва удерживалась от стремления закрыть бедную девочку своим телом от въедливого взгляда несносной старой дамы.

– Этот ребенок, вероятно, болен, – объявила Эвелин, тщательно осмотрев пылающие щеки и припухшие глаза испуганной Сисси.

Сердце Фелисити оборвалось. Она так надеялась, что девочка сможет подправить свое здоровье в доме миссис Блэкстоун еще до их отъезда домой; в противном случае ни о каком путешествии не приходилось и думать.

– Да, она больна, – подтвердила девушка, – но… – Что она могла сказать еще этой безжалостной даме, которая и на нее-то, казалось, не обращает ни малейшего внимания.

– В таком случае, что же она делает в холле? Дивон! Быстро отнеси ее наверх и уложи в постель. А ты, – обратила она скрюченный ревматизмом палец в сторону малышки Люси, – ты, вероятно, сестра этой больной девочки?

Люси высунула мордашку из-за широких юбок Фелисити и молча кивнула.

– Тогда ступай за моим внуком наверх и тоже укладывайся. Ведь ты сможешь сделать это сама, не так ли?

Малышка в нерешительности сделала шаг вперед, раздираемая страхом и категоричностью приказания. Фелисити пришла ей на помощь. Она нагнулась к девочке и ласково потрепала ее по темным щечкам.

– Конечно, ты сможешь лечь в постель сама, ведь ты же уже большая. Беги-ка скорее за Сисси.

Люси убежала, и Фелисити в ужасе ожидала, что попечительство миссис Блэкстоун коснется сейчас и ее самой. Но старуха упорно не обращала на нее внимания и, казалось, даже просто ее не видела. Она вызвала Руфь и озаботила ее целым рядом приказаний, в числе которых был и вызов доктора.

– И не вздумай позволить ему отговориться своей якобы занятостью! – заявила Эвелин. – А в случае чего – напомни, кто платит за все те медикаменты, которыми он пользуется. – На секунду задумавшись, она покачала головой. – Да-да, напомни ему об этом независимо от того, будет ли он артачиться или нет. А, кроме того, перед уходом попроси Лукаса, чтобы он приготовил горячую ванну.

– Если вы будете купаться, то я уж лучше останусь, чтоб вам помочь.

– Ванна не для меня. Ты же знаешь, я купаюсь только по вечерам. Эти дети… К сожалению, они выглядят так, будто их протащили через грязное болото. – И тут ее черные глаза остановились наконец на Фелисити.

Девушка выпрямилась как можно горделивей, сжала руки и решила, что на сей раз не даст себя запугать ни в коем случае.

– Да, они побывали именно в болоте, как вы изволили выразиться! – Фелисити знала, что и сама она выглядит не лучше. – Но если мы и грязны, то это всего лишь следствие перенесенных невзгод. Из-за янки, из-за жары, из-за…

– Разумеется, но теперь-то вы в безопасности, не так ли?

Несколько сомневаясь в подобном утверждении, Фелисити все же согласилась и последовала за миссис Блэкстоун в гостиную. Там она нервно присела на краешек стула, ожидая, что сейчас появится еще и Дивон, чего ей почему-то совсем не хотелось.

– Говорят, под Форт-Ламаром было большое сражение?

– Да. И мы были там все это время.