— Приступим к делу, как только наш друг Спир соизволит наконец пожаловать, — с нескрываемым сарказмом добавил Мориарти и махнул рукой, ясно давая понять, что желает остаться наедине с Пейджетом.

— Я помогу вам убрать со стола, мистер Терремант, — предложила Сэл и тут же начала собирать посуду. Сделала она это так, что остальные — Таллин, Терремант и Фанни Пейджет — тут же поспешили ей на помощь.

Проходя мимо Фанни, Терремант вдохнул ее запах, чистый и свежий, и мгновенно ощутил грешное шевеление похоти. Запах этот напомнил ему аромат лимона, столь часто сопутствовавший благовоспитанным парижским барышням; он сильно отличался от запаха одеколона, употребляемого обычно Профессором, и определенно оказывал куда более сильный эффект, чем те дешевые духи, которыми пользовались привычные ему девицы. От Фанни как будто пахнуло жаром, и этот жар опалил его чресла. «Если так пойдет дальше, — подумал Терремант, — придется снова нанести визит Дилайле, изящной смуглянке с восхитительными бедрами».

За этой мыслью последовала другая. Интересно бы знать, как егерю — а Пейджет, похоже, работал последние годы именно егерем — удается обеспечивать жену чудесным французским парфюмом? Ему и самому эти парфюмы пришлись бы кстати — отличный подарок для некоторых девочек, работающих в заведениях Профессора. Может, закинуть удочку?

Примерно через час появился Берт Спир, приведший с собой Сэма, которого Терремант видел в последний раз в тот день, когда они со Спиром взяли мальчишку из отеля «Гленмораг» и преподали ему суровый урок жизни. Теперь Сэм держался почтительно и сдержанно и даже пожал руку Уолли Таллину, когда их знакомили. Последнее обстоятельство не помешало Терреманту, однако, прочитать сорванцам небольшую проповедь насчет того, как следует вести себя в доме Профессора.

— Будете делать все, что прикажет миссис Пейджет, — добавил он в конце. — А если не будете, миссис Пейджет сообщит мне или мистеру Пейджету, и тогда Профессор потребует, чтобы я поступил с вами так, как поступают с провинившимися в частных школах. Понятно?

— Да, мистер Терремант, — хором ответили мальчики.

— Старина Терремант больше лает, чем кусает, — сказал Сэму Уолли, когда Фанни Пейджет отправилась в магазин, и они остались одни. — Ухо может надрать, но на том обычно и кончается.

Разговор продолжился вечером в крохотной комнатушке возле кухни, которую мальчики делили теперь на двоих.

— Не хотелось бы рисковать, — с самым серьезным видом заметил Сэм и рассказал как о совершенной им ошибке, так и о её последствиях.

— Хочешь сказать, что мистер Спир тебя выпорол? — недоверчиво спросил Уолли.

— Оба приложились. И мистер Спир, и мистер Терремант. Рубцы так и остались. — Сэм подтянул ночную рубашку и показал синяки и полосы на ляжках.

— Ни черта себе! — воскликнул Таплин, пораженный жестокостью наказания. — Как железнодорожные пути.

— Мистер Спир сказал мне потом, что у Профессора так заведено, — с некоторой ноткой гордости продолжал Сэм; как-никак не каждый мог похвастать тем, что прошел через такое испытание. — Сказал, что Мориарти лучше не сердить. Что это послужит мне уроком.

В ту ночь мальчишки сдружились по-настоящему, но даже с новым другом Сэм не поделился тем разговором, что случился у него днем с Профессором.