Ну а там состав и до Зимска добрался. В прошлом году я посчитал этот губернский город очередной заштатной станцией на трансконтинентальной магистрали, и совершенно напрасно. Пусть численностью населения он и уступал Новинску, провинциальным захолустьем отнюдь не был. Заводская окраина так и вовсе живо напомнила промзону Новинска. Состав довольно долго катил вдоль скопища длинных цехов, многочисленные трубы которых исторгали из себя в небо клубы серого дыма. От железной дороги на территорию фабрик уходили боковые ветки, один раз на стрелке нас пропустил выехавший оттуда грузовой состав.

Дальше потянулись одноэтажные домишки частного сектора, затем вдоль улиц выстроились добротные особняки — деревянные с каменными фундаментами и цоколями. Ну а потом поезд выехал на мост через приток ещё даже более полноводной реки, в которую тот впадал в полукилометре отсюда, и я по достоинству оценил открывшуюся перспективу. Широкая набережная, высокие здания, а ещё — крыши, крыши и крыши кирпичных и каменных домов. На заднем фоне проглядывали трубы то ли очередных заводов, то ли котельных.

Привокзальный район от центра Новинска тоже отличался не так уж сильно, там и дороги оказались замощены, и уличное освещение имелось, хватало и зданий в три-четыре этажа высотой. Разве что было заметно меньше автомобилей, на глаза попадался преимущественно гужевой транспорт.

Немудрено, что на грузовики и вездеходы с пулемётами на турелях глазели не только мальчишки, но и вполне себе солидные господа и матроны. Наверняка не обошлось бы без толпы зевак и при выгрузке, но к главному зданию вокзала состав направлять не стали и сразу отогнали куда-то на запасные пути, скрытые от любопытных глаз пакгаузами.

Там всё повторилось, но уже в обратной последовательности. Личный состав покинул платформы, железнодорожники освободили технику, а потом и машины съехали с платформ, приняли пассажиров и одна за другой покатили меж кирпичных складов и ангаров для железнодорожной техники. С немалым удивлением я обнаружил, что территория станции по площади вполне сопоставима с десятком городских кварталов. Некоторые проезды были перегорожены глухими воротами, где-то возводились новые сооружения, только вместо кирпича задействовался армированный бетон.

Вскоре мы миновали пропускной пункт и въехали в расположение жандармского железнодорожного корпуса, но не остановились и вывернули к длиннющему ангару, под крышей которого замерла махина бронепоезда. Вид его площадок с орудиями крупного калибра и задранными вверх зенитными установками впечатлил просто несказанно.

Расположение пограничного корпуса примыкало к вокзальным пакгаузам, проехали туда напрямик через внутренние ворота. Грузовики немедленно загнали в гаражные боксы, под открытым небом остались только вездеходы и мотоциклы. После построения и переклички бойцов зенитной роты повели в казарму, а офицерский состав отправился на встречу с начальником особого отдела пограничного корпуса по Зимску и прилегающим территориям.

Но прежде Василий Архипович получил от курьера опечатанный пакет, который незамедлительно вскрыл. Помимо вороха документов и карт среди бумаг обнаружились служебное удостоверение на моё имя, а также распоряжение о постановке на вещевое довольствие и пропуск на беспрепятственное перемещение по зоне ответственности особого отдела.

Комиссар вручил документы, следом протянул карту города и предупредил:

— Как получишь обмундирование и заселишься, жди меня в машине. Нужно будет группу Сутолоки встретить, а на вечер дам тебе персональное задание.

Группу Сутолоки? Это пирокинетиков, получается?!

Грядущая встреча с Лией воодушевила до крайности. Пусть даже и буду занят по службе от заката до рассвета, всё же не бесправный рядовой на казарменном положении, водителю комиссара роты куда проще время на свидание с девушкой выкроить.