Ее прекрасные печальные глаза подарили свой последний триумфальный взгляд Аремису. Наконец-то она обрела покой.

Кайлех издал стон, низкий, гортанный, полный ярости. Он согнулся почти вдвое, тело задрожало, руки с трудом дотянулись до головы, качавшейся то вправо, то влево, словно не желавшей мириться со случившимся. Спина его выгнулась дугой, кулаки сжались, лицо исказилось от страшной боли. Аремис невольно попятился. Кайлех издал последний, отчаянный стон, нагнулся вперед, выпрямился, уставившись на испачканную кровью руку, нанесшую смертельный удар, судорожно вздохнул и поднял глаза, чтобы посмотреть на Фарроу.

Аремис, переживавший из-за того, что причинил Уилу новые муки, отметил, что они разноцветные. Он не знал, что делать — плакать от облегчения или от горечи потери. Наемник положил руку на твердое, мускулистое плечо короля Кайлеха и прошептал:

— С возвращением, Уил.

Уил Тирск, а теперь король Горного Королевства Кайлех, расправил широкие плечи и вздохнул.

— Пойдем искать наших друзей, — прорычал он сильным голосом Кайлеха.

Глава 32

Финч сидел, скрестив ноги, и пристально смотрел на человека, принесшего в мир так много ненависти и разрушений. Теперь он должен умереть.

Рашлин не знал, что Финч может его видеть, но чувствовал мальчика, ощущал его мощное присутствие в Скалистых горах. Он выглядел таким маленьким и беспомощным. Как может ребенок владеть такой сильной магией?

Рашлин улетел не задумываясь, но привести мальчишку в небольшой лесок за крепостью — сейчас это казалось безумием. Хотя, может быть, тот умрет от холода. Барши произнес заклинание, чтобы согреть себя, и задумался над следующим своим шагом.

Жестокость не была свойственна Финчу, но сейчас он был разрушителем, нравилось ему это или нет. Кровь династии драконов пульсировала в его венах, и жестокости потребовал от него сам король-дракон. Он не имеет права на неудачу; скорее умрет, но ни за что не подведет друзей.

Недалеко от него сидел Нейв. Пес молчал, чувствуя страх и полную беспомощность. Его роль в этом путешествии уже была сыграна.

Он привел Финча к Рашлину и сейчас мог оставаться только простым наблюдателем.

Нейву казалось, что барши исчез, но Финч сидел и ждал его.

Как ты себя чувствуешь? — Нейв никак не мог избавиться от привычной озабоченности здоровьем Финча.

Достаточно хорошо, чтобы сделать то, что нужно.

Голова все еще болит?

Да. Но шарвана больше нет, если ты об этом.

Где Рашлин?

Он думает, что спрятался. Он растерян и испуган, но скоро ему предстоит встретиться со мной.

Ты боишься?

Нет.

А я боюсь.

Не стоит. Мы с тобой должны это сделать.

Кто ты, Финч? Расскажи мне, пожалуйста, прежде… — Нейв заколебался.

Прежде, чем умру? — Нейв не ответил, а мальчик не стал настаивать. — Я — сын короля Моргравии Магнуса, сводный брат Селимуса. Во мне течет кровь дракона.

Именно это увидел в тебе король-дракон?

Финч кивнул.

И что это значит?

Ничего особенного, — ответил мальчик, покачав головой. — Об этом никто не знает. Разве что моя мама, но она мертва. Король-дракон, ты и я. Магнус, возможно, знал, но теперь и он в могиле.

Может, следует сказать кому-нибудь?

Финч улыбнулся и пожал плечами.

Пусть это лучше останется между нами. Мне известно, кто я и кому принадлежу. Этого достаточно. Я — единое целое с королем-драконом. Вот почему он уносил меня с собой, пока я спал. Король хотел, чтобы я узнал правду перед встречей с Рашлином. Он на время вернул мне силы, чтобы я мог участвовать в схватке.

И где же сейчас барши?

Там. — Он показал на заросший деревьями участок гор.