— А если идея исходила от Рашлина? Ведь он способен наложить заклятие, а Кайлех просто позволил ему это сделать, — тихо сказал Аремис. Его слова отчетливо прозвучали в тишине комнаты.

Эта мысль прочно засела в голове наемника. Да, смысл есть. Аремис вспомнил рассказ Уила о том, как во время праздника король предложил своему народу съесть пленников Моргравии. Уил не сомневался, что за этим стоял Рашлин. Получается, барши может заставить короля совершать какие-то поступки против его воли? Но как может сильный, властный человек становиться настолько слабым в присутствии Рашлина?

У Аремиса не было ответа на этот вопрос. Он опять вернулся к главной загадке. Что-то потревожило магическую связь между барши и конем. Это не могла быть Чаща, потому что тогда Аремис наверняка и сам почувствовал бы воздействие магии. А если равновесие нарушил Уил? Вряд ли, тогда Чаща отозвалась бы сильнее.

Аремис обхватил голову руками, размышления ни к чему не приводили. «Думай!» — приказал он себе. А не связано ли это каким-то образом с Элизиусом? Может быть, Уилу удалось проникнуть в Чащу и встретиться там с колдуном? Могло ли такое случиться?

— Вполне, — пробормотал он, но и этот вывод не приближал его к решению загадки, имя которой — Галапек.

Ему вспомнился основной момент всех сегодняшних событий. Как он мог забыть об этом? Конь сообщил ему имя — Элспит. Аремис прошелся по комнате. Конечно, здесь речь может идти и о совпадении, но это маловероятно. Скорее всего конь когда-то принадлежал Лотрину или знает, что с ним произошло. Раздражение и злость на самого себя требовали выхода, но бурное проявление чувств могло бы повергнуть охранника в бегство. Вместо этого он ударил кулаком в стену.

Если Кайлех хотел наказать Лотрина, для чего вредить его лошади? И последнее — откуда лошадь могла знать об Элспит?

— Ты сходишь с ума, Фарроу, — произнес он вслух, потому что все это не имело никакого смысла. — Теперь еще и говорящую волшебную лошадь придумал.

Он решил проветриться и поискать ответы на свои вопросы у Мирта. У него появились кое-какие подозрения, и необходимо выяснить, обоснованы ли они. Подтверждение догадки может и не продвинуть его в выводах, но обеспечит некоторым средством для достижения цели, если и когда это потребуется.

Аремис открыл дверь и объяснил охраннику, славному молодому парню с заячьей губой, что ему необходимо найти Мирта.

— После вас, — добавил галантный гренадинец. Охранник кивнул, и его уродливый рот растянулся в застенчивой улыбке. Шутка сработала в первый раз, когда в ответ на предложение гостя Джос — так звали стражника — смущенно заявил, что если пойдет первым, Аремис может ударить его по голове и сбежать.

Аремис, конечно, расхохотался.

— Посмотри на себя, парень, — ответил он с усмешкой. — Мне нужен топор, чтобы справиться с тобой. Ты же здоров, как бык. Я тебя даже боюсь.

Стражник принял его слова за некий особенный комплимент — похожий на медведя пленник и сам мог напугать кого угодно. Они больше не разговаривали в течение долгого времени, но Аремис был уверен, что именно воспоминание о той шутке помогает поддерживать с парнем довольно дружеские отношения. Джос всегда отвечал на его вопросы, правда, с некоторой осторожностью. Поскольку стражник только-только вышел из юного возраста, он был еще довольно доверчив. Как показалось Аремису, процесс возмужания несколько затянулся из-за насмешек над его физическим недостатком.

Когда они шли плечом к плечу, как сейчас, наемник старался вести себя с подчеркнутым уважением, показывая, что полностью подчиняется своему стражу в надежде вселить в юношу некоторую уверенность в себе.

Мирта они нашли в главной конюшне. Горец поприветствовал их и сказал:

— Пойди перекуси, Джос.