«Едем», — ответил я, хотя ситуацию можно было решить и иначе, быстрее и проще. Но категоричный тон Мастера благовоний не оставлял мне времени для объяснений: любая потеря времени могла убить — сначала Циня, потом меня. К тому же искать книгу в доме у свежеиспеченного покойничка для этих решительных людей, как мне казалось, было более привычно, чем о чем-то «договариваться» с лаоваем и предлагать выбор. «Едем», — повторил я, и хозяин одним движением вырвал палочки из носа сорок девятого. Тот облегченно поник.

Мастер достал маленькую рацию и по-беларуски приказал приготовить транспорт и сопровождение. По топоту и лязгу оружия, которые долетали со всех сторон, я понял, что «поезд» за книгой собирается основательный. Когда мы покидали комнату, мне захотелось сказать девушке что-то хорошее. Проходя мимо нее, я наклонился и с теплотой сказал.

— Спасибо! Ты очень красивая, — но, конечно, она не поняла ни слова.

Я хотел добавить еще что-то, но осознал бессмысленность слов. Она — существо из другого мира, света безмолвной красоты. Для нее мои попытки рассказать ей о ее утонченности — бессвязное рычание. Совершенно ненужное, лишнее. В принципе, примерно нечто подобное я ощущал и с Иркой, и со всеми немногими девушками, которых знал.

Джанки

Три шага отделяют обычного котлетного быдло-гражданина от конченых мова-наркотов, которыми вас пугают по сетевизору:

- первое употребление;

- второе употребление;

- самостоятельный поиск и приобретение мовы.

Si vous voulez, это идеальная схема любой привязанности — от так называемой, описанной в старинной литературе «любви» до зависимости от курения. Сначала пробуешь. Потом пробуешь еще раз, случайно. Потом понимаешь, что понравилось. И хочешь повторить. Пропаганда говорит, что есть еще четвертый шаг — зависимость. Но мы договорились, что от мовы зависимость не наступает, поскольку она имеет несубстанциальную форму. От любви — может, потому что совокупление является физическим процессом. А мова — это чистое, дистиллированное искажение сознания. Это как торчать от иного способа мышления. А вы говорите — зависимость.

Так вот. Как я искал? Я начал, как любой тупой новичок, с сайтов объявлений. «Продам Ауди 100», «Котята говорящие, ласковые», «Медали Второй мировой войны, с ветеранами. 2-я генетич. копия. Расскаж. про войну интересн.», «Продам карту чайна-тауна с обознач. кладами», «Телескоп, пианино “Львив”, форма для запекания керамическая. Вместе дешевле», «Окажу услуги сексуального характера. Китайцев просьба не беспокоить».

Я начинал с раздела «Строительные материалы» и внимательно вчитывался в частные объявления «керамическая плитка», «черепица» или «металлочерепица». Я искал любое совмещение этого слова со словом «чернила». Что интересно, я действительно нашел одно объявление, где в долгом перечислении встретились «строительные чернила» (интересно, что это), кирпич и черепица. С замирающим сердцем, я набрал номер, взволнованно ждал ответа. Но попал на диспетчера крупной торговой сети, которая действительно торговала всем. И чернилами, и черепицей. И гашишем для строителей-узбеков, которые без гашиша не работают.

Время шло, а желание повторить нарастало. Идти в Шанхай я боялся. И тогда что-то подтолкнуло меня изучить не раздел «Строительство», а раздел «Разное». Как я до этого дошел — разговор отдельный. Вы меня знаете: более циничного и прожженного типа вы не найдете на этой хемисфере.