думает  Пол.  В  их  отношениях  Рене  носила  штаны,  рубашки  и  все  остальное.  Она

крепко держала его за яйца, но он, казалось, никогда не был против.

— Так что там насчет тебя и Дасти?

— О чем ты?

Черт, я не хочу делиться с ней своим мнением о нем.

— О, я не знаю. Возможно, я слишком много читаю по нему.

— Мне это не интересно, — сказала я в миллионный раз.

— Я не думаю, что вы подходите друг другу. В смысле, он же совершенно не

твой тип.

Нет. У меня больше не было типа.

— Я могу сказать это сейчас, когда ты не с ним, но мне никогда не нравился

Метт. Он был таким… я не знаю… — она махнула рукой, пытаясь подобрать слова.

— Не от мира сего? — подсказала я. Да, я тоже так считала.

—  Нет,  было  нечто  большее.  Я  всегда  чувствовала,  что  он  осуждает  меня  и

считает  легкомысленной.  Но  тебя  он  рассматривал  совершенно  по-другому,  и  я

видела, что он любил тебя, потому держала свое мнение при себе.

Не  правда.  Я  могу  понять,  что  все  то  время  от  старшей  школы  до  колледжа,

пока  я  встречалась  с  Меттом,  он  ей  не  нравился.  Она  никогда  не  умела  скрывать

свою неприязнь к кому-то, но я не стану ей об этом говорить.

Она допила воду из стакана.

— Ладно. Чтож, я возвращаюсь в постель. Спокойной ночи, сестрёнка.

Мы обнялись так, как привыкли делать.

— Спокойной ночи, старшая сестра.

Я взяла свой чай, спустилась в свою берлогу и включила музыку. Голос Ингрид

Майклсон  наполнил  мои  уши,  я  почувствовала,  что  это  в  самый  раз  для

прослушивания поздней ночью.

Я  отпустила  его,  но  я  все  еще  не  могла  говорить  о  нем.  Ни  с  Рене,  ни  с  кем-

либо. Я не могу объяснить этого. Он был первым настоящим другом. Он был другом,

который заставил меня понять, что все, кого я считала друзьями, на самом деле не

являлись ими.

Я не была влюблена в него, это не так, но я любила его. Я когда-то слышала,

что  дружба  между  парнем  и  девушкой  невозможна  без  влюбленности  хотя  бы  с

63

одной стороны, но это не так. Просто есть разные виды любви. Он был мне как брат,

которого я не имела, и относился ко мне как к сестре. Часть меня он забрал с собой,

когда…

Я  выключила  музыку.  Она  заставляла  меня  думать  о  нем,  а  я  знала,  что  он

сказал бы, если бы узнал, что я хандрю о нем.

— Вау, это реально смешно.

Я  сидела  с  Ханной  на  футоне29,  мы  смотрели  уже  второй  эпизод  «Баффи  —

истребительница вампиров».

— Это так странно. Те компьютеры гигантские, — сказала я.

—  Я  знаю.  Так  надо.  Подожди  третий  сезон.  —  Ханна  ела  свои  неизменные

Skittles, а я купила M&M’s в автомате в подвале её общежития и смешала конфеты в

пустой кружке.