Но сердце Эрин все же было неспокойно.

– По‑твоему, на Таню можно положиться? – спросила она вновь, когда они свернули с шоссе на проселочную дорогу. Ехать осталось всего ничего, и она повязала голову легкой светло‑вишневой косынкой, чтобы хоть как‑то усмирить взъерошенные волосы.

– Таня работает у меня бог знает сколько лет. Она прекрасно справится со всем. – Роберт улыбнулся жене, остановив на ней взгляд, насколько позволяла дорога. – Забудь о делах хоть на выходные.

Пальцы его на миг с силой стиснули руль – не из‑за крутого виража, но потому, что Роберт снова вспомнил непостижимую фразу Тани, сказанную утром. Уверенный, что разумное объяснение найдется, Роберт решил забыть о загадке до конца уик‑энда и не тревожить Эрин расспросами до возвращения домой.

Окна отеля «Клены», расположенного возле деревенской церкви, встретили их, сверкнув отраженными лучами заходящего солнца. Западный угол здания, сложенного из местного красного камня, в вечернем освещении казался ярко‑оранжевым; ветви кленов отбрасывали на фасад узорчатые пляшущие тени.

– Милое место, – равнодушно сказала Эрин, окидывая взглядом гостиницу, церковь и собирающихся группками гостей. – Луизе, должно быть, не терпится тебя увидеть.

Роберт вздохнул, уловив едкую нотку.

– Луиза приехала на свадьбу двоюродной сестры. А мы – чтобы отдохнуть. – Он вышел из машины, захлопнул дверцу и, прежде чем достать из багажника сумки, привлек к себе жену и прикоснулся губами к ее губам. Эрин не должна ревновать или испытывать хоть малейшую угрозу со стороны Луизы. – Встретить старого друга всегда приятно. Не думаю, чтобы ее муж, Уиллем… как его там… сильно возражал.

– Да? Что ж ты произносишь его имя так… – Эрин подняла на мужа глаза, сощурившись из‑за солнца, бьющего ей прямо в лицо, – кисло!

Кисло, говоришь? А как ты сама произносишь имя Луизы, слышала? Вслух этого Роберт не сказал: семейная ссора – не лучшее начало романтических выходных.

– Здесь классно, пап! – Руби выбралась из машины. – Ой, смотрите! – Она увидела пегих лошадок, лениво цокающих по главной улице деревни. – А где мы будем жить? Пойдем смотреть!

Нет, отдых определенно не должен быть испорчен, думал Роберт, провожая взглядом долговязую, немного нескладную фигуру дочери, вприпрыжку рванувшей ко входу в гостиницу. Девочка превращалась в женщину, но детство еще не было окончательно забыто. Подхватив две сумки – весь их багаж, – Роберт зашагал вслед за Руби.

Оформление затянулось – впрочем, Роберт не имел ничего против ожидания. Гостиница была явно переполнена из‑за предстоящей свадьбы, так что заказанные им меньше чем за неделю два номера – чистое везение. Роберт прочесывал взглядом вестибюль, притворяясь – в основном перед самим собой, – что восхищен полотнами с изображением сцен охоты, деревенскими пейзажами и антикварными вещицами, украшавшими просторный холл, хотя на самом деле выискивал лицо Луизы среди десятков незнакомых лиц. Он всегда говорил ей, что она выделяется из толпы, что ее нефритовые глаза и волосы цвета осени просто невозможно не заметить. Казалось бы, такая внешность, при ее‑то роде занятий, – изрядная препона, а вот ведь не помешала успеху Луизы.

Ага, кажется, вот она – мелькнула в другом конце вестибюля и скрылась в дамской комнате. Рыжий узел волос над длинной бледной шеей, редкий для женщины рост, грациозная поступь.

– Что ты там усмотрел? – Эрин проследила за взглядом мужа и пожала плечами. – Наша очередь, между прочим.

Она подтолкнула Роберта к стойке администратора и ждала, обняв его за талию. Интересоваться, в каком номере остановилась Луиза, он не рискнул.