— А откуда ты знаешь, что недолго, если не читала? — улыбнулся папа, расставивший простейшую ловушку. Энн жгуче покраснела. — Ну, ну, милая, скажи папочке…

— Только туда-обратно, купить «Пророк» и «Придиру», — ответила она безнадежно. На этот раз она вроде бы говорила правду. — Ну теперь-то все?

— Ага, — сказал отец. — Только, раз ты уж колдунья, поди, отремонтируй наконец эту чертову газонокосилку!

— Я не…

— Заодно и научишься, — ответил он. — Мэри, покажи ей, где там что. Пускай поколдует вволю, наверно, соскучилась по настоящей работе…

«А, вот как она так быстренько стирала и убиралась, — сообразила я. — Я из школы вернуться не успела, а уже все блестит, белье сушится, посуда вымыта, газон подстрижен, а Энн телик смотрит… Ха! Надо тоже освоить эти фокусы, в жизни пригодится.»

Мы с Энн дошли до гаража, я показала ей разобранную газонокосилку, любезно предложила принести палочку… и вот тут-то она со всей силы ударила меня по щеке.

— Мерзавка… Шпионка маленькая… — прошипела она.

Я успела уклониться — папина наука, — Энн едва задела меня кончиками пальцев, но, признаюсь, я от нее такого не ожидала!

— Я ничего не скажу папе, — медленно, с расстановкой, совсем как Малфой, произнесла я, потерев щеку, — только потому, что он на тебе живого места не оставит. Но еще раз хоть пальцем меня тронешь…

— Ты забыла, что я волшебница? — улыбнулась она.

— А ты забыла, что я твоя дочь и тоже ведьма? — ответила я в тон. — И, кстати, он может хоть сейчас твою палочку сломать. Без нее ты вряд ли сможешь наколдовать больше, чем я со своей, а на предупреждения из министерства плевать я хотела. Проверять будем? А я могу и в аврорат заявить, пусть-ка уточнят, кто ты такая на самом деле!

— Ты дочь своего отца, — с презрением сказала Энн и отвернулась.

— Жалко Гарри, — сказала я ей в спину. — Он тоже явно сын своего отца…

* * *

Мы не разговаривали с Энн до самого моего отъезда в школу.

Папа не пожелал рисковать, палочку ей не вернул, спрятал в сейф на работе. Мало ли у него там странных вещественных доказательств! Потом подробно выспросил у меня, может ли Энн аппарировать в волшебный квартал без палочки, купить другую и так далее, и так далее. Я честно рассказала обо всем, что знала и успела услышать, и пообещала расспросить Малфоя — тому точно известно больше. Но, в общем, мы с папой сошлись на том, что светиться в легальном магазине Энн не станет, а в нелегальном покупать — себе дороже, нагреют, как пить дать, да и денег у нее не так много! (Хотя кто знает, сколько она тогда вынесла из сейфа Поттеров! И действительно ли сломался хроноворот… На требование предъявить артефакт Энн сказала, что загнала его какому-то скупщику краденого. Я повертела пальцем у виска: кто ж такое отдаст по доброй воле, вдруг его починить можно! Папа меня понял и устроил в доме настоящий шмон под видом генеральной уборки. Хроноворота мы не нашли, но ведь Энн могла спрятать его где угодно, хоть в дупле или под камнем у дороги!) Но, ясное дело, любви ко мне Энн это не прибавило…

— Эй, Мэри, — сказал папа, провожая меня на вокзале. — Что загрустила?

— Я не загрустила, я о тебе беспокоюсь, — честно ответила я. — Мало ли…

— Ничего, я все писал на диктофон. Копии в двух разных сейфах… и вот тебе еще одна на сохранение, на случай, если я что забуду, — сунул он мне крохотную кассетку.