— Грейнджер его обожает, — хихикнула Мейбл.

«Вот этого мне только не хватало! — с ужасом подумала я. — Я-то ее нормальной посчитала, но, видно, рано…»

Видимо, у меня на лице было написано, какого я мнения о Грейнджер и Локхарте, потому что соседки отодвинулись от меня подальше.

Защита началась, как обычно, с самовосхваления Локхарта (у меня язык не поворачивался назвать его профессором), а потом…

— Кто поможет мне? — воззвал он. — О, ну конечно, Гарри, ты ведь знаменитость! Не хуже меня… ну если только чуточку… Иди сюда, сегодня у нас по программе оборотень… ты умеешь выть?

Гарри несмело кивнул и встал.

— Прекрасно! Вставай вот сюда, — захлопотал Локхарт, — а я буду напротив. Итак, когда я достану палочку, ты испустишь грозный вой и…

— И сядешь на место, — сказала я негромко. — Ты наследник Поттеров, забыл? Тебе не пристало паясничать.

— Мисс Оук, я не вас вызы… — начал преподаватель, но перебить меня было не так-то просто.

— Вы вызвали моего брата изображать оборотня, — произнесла я, — на потеху двум факультетам… Пускай, если он не против. Но, может, вы для начала сами покажете, как воет этот самый оборотень? А то откуда нам-то знать? Я только собачий вой слышала, это будет вот так… У-у-у-у-у!..

— Ау-ау-ау! — мерзким тоненьким голоском подхватил Малфой.

— А-ы-ы-ы-ы-ы… — густым басом взревел Крэбб, к нему присоединился Гойл.

— Ва-ва-ва-ва-у-у-у-у! — взмыл над классом голос Нотта. Ему бы в опере выступать…

— И-и-и-и-и-и! — присоединились к какофонии девчонки. Даже Грейнджер вытянула губы трубочкой и серьезно что-то завывала. Это при ее-то любви к Локхарту! Неужто в голове что-то щелкнуло?

Словом, минуту спустя в классе стоял такой шум, что явления профессора МакГонаггал мы просто не заметили.

— Это что за безобразие? — спросила она, явившись на пороге.

— Мя-а-а-ау! — издевательски раздалось из угла, и класс снова взревел, залаял, замяукал и захрюкал. Кто-то, кажется, даже кукарекал.

— Мы… в общем, оборотни… — начал Локхарт, но тут Гойл мощным «И-и-го-го!», сделавшим бы честь ломовому жеребцу, заглушил окончание фразы.

— По десять баллов с факультета, — ледяным тоном произнесла МакГонаггал. — Зачинщиков безобразия — к директору! Немедленно!

Честно говоря, я даже обрадовалась. Лучше было сходить к Дамблдору вместе с Гарри, чем отпускать его одного…

У директора мы оказались втроем. Да-да, втроем! Я, Гарри и Гермиона. Честно говоря, я опешила, когда она заявила, что пойдет с нами. Потом подумала и решила: лишней она точно не будет — Грейнджер кого угодно заговорит насмерть!

— Мэри, — негромко сказал Гарри, когда мы поднимались по винтовой лестнице.

— Ну?

— Спасибо.

— За что?

— Ну вот за это… что мне не пришлось оборотня изображать.

— А сам ты отказаться не мог, что ли? Язык отсох? Да предложи он мне баньши сыграть, я бы его так послала… ну, — добавила я справедливости ради, — или бы так сыграла, чтобы он больше не просил!

Гарри тяжело вздохнул и понурился. Я прямо чувствовала, как от него исходят волны неуверенности, словно за него никогда в жизни никто не заступался даже по такому пустяковому поводу!

— А ты чего молчала? — спросила я Гермиону.