Изменить размер шрифта - +

– Не выйдешь отсюда, пока за тобой не приедет экипаж. Приготовь вещи к вечеру.

Пару раз щелкнул замок, и я осталась наедине сама с собой.

Тут уж дала волю слезам.

Уткнувшись в подушку, я рыдала о себе и своей судьбе. Всхлипывала, размазывала слезы по щекам и думала, что лучше бы я погибла вместе с родителями.

Сколько пролежала – не знаю. Слезы высохли, рыдания уже не давили грудь, хотя на душе было все так же серо и тоскливо. Солнечный диск уверенно клонился к закату, отсчитывая время в доме моих родителей.

Родители.

Порывисто поднялась.

Я не могу подвести их.

Я – единственная дочь некогда прославившегося героизмом и смелостью герцога Лавон. Я права не имею сдаваться и просто рыдать о судьбе.

Встала, прошла к зеркалу. Из него на меня посмотрела миловидная девушка с раскрасневшимся от слез лицом и взбитыми русыми волосами с оттенком гречишного меда.

Гордо вскинула голову. Прошла в купальню, где освежила лицо и снова вернулась к зеркалу. Волосы заплела в тугую косу. Хотя никогда не пользовалась косметикой, но нанесла на лицо белую пудру.

Облачилась в черное строгое платье с воротником стойкой и длинным рукавом. Сняла с пальца родовое кольцо.

Снова посмотрела на себя.

Излишне бледная от пудры.

Но все равно привлекательная. Серые глаза в обрамлении черных ресниц – подарок от красавицы мамы. Ровные дуги бровей. Взгляд серьезный и хваткий – папин взгляд. Я уверенно провела под глазами темным карандашом и тщательно растушевала.

М да, смерть выглядела, пожалуй, лучше меня.

Что ж, лорд как вас там, мы еще не знакомы. Пусть меня и продали, как вещь. Но я не вещь. Я, Киара Лавон, – единственная дочь герцога Лавона. И построюсь сохранить свои честь и достоинство. Если в моем положении это вообще возможно.

Вышла, едва в дверь мою стукнули. С собой несла всего один чемодан, в нем была пудра, нижнее белье, пара черных туфель и несколько черных платьев. А еще кое что из женских принадлежностей.

Чемодан у меня тут же забрал паренек в сером, видимо из тех, кто приехал за мной, и шустро убежал.

Тетушка дар речи потеряла, увидев мое облачение. Нервно охнула и руки к груди прижала.

– Что то не так, тетушка Ирен? – злорадно поинтересовалась я.

Она зубами скрипнула.

– На кого ты похожа?

Я хмыкнула.

Тётушка глаза закатила и бросилась вперед, мне на ходу прикрикнув.

– Торопись, тебя уже ждут.

Внизу, в холле, меня перехватили дражайшие сестры.

– Киара, ты же не на эшафот, а к уважаемому лорду собралась! – перепуганно выдавила Хлоя, нервно поправив черные как смоль волосы, уложенные в витиеватую прическу.

– А есть разница? – повела я плечом. – На одном теряют голову, с другим честь. Так что я одета по случаю.

В зеленых глазах Хлои мелькнул какой то искрений ужас. Она с трепетом ухватилась за перила и начала судорожно обмахиваться веером.

– Смотри, как бы сердце не потерять, – язвительно высказалась стоящая рядом с сестрой Мадри. В черных глазах мелькнуло презрение. – Поговаривают, что лорды шаенов очень привлекательны.

– О, милая сестрица, ты меня обнадежила, – не удержалась и я. – Куда как приятнее, когда тебя использует привлекательный мужчина. Вам то, возможно, и такое не светит. Так как последний привлекательный жених давно обошел вас стороной. Хотя если ты, Мадри, укоротишь нос, то, вполне возможно, тебя возьмёт сын мясника. С лицом малому не повезло, зато будешь всегда сыта.

У девушки лицо повело. Её слишком удлиненный нос и правда давно стал предметом шуток всех соседей. Да к тому же девушка любила совать его куда не следует, отчего прослыла первой сплетницей в городе.

– А еще говорят, – уже с нескрываемой злостью выплюнула Мадри, – что, заполучив девушку, они порабощают её душу.

Быстрый переход