Если бы только ей не нужно было весь вечер делать вид, что у них с Грантом прекрасные отношения! Что особенно трудно под внимательными взглядами их венгерских партнеров, в частности Магды Кэролай.

— Ханна, очень важно, чтобы вы там присутствовали, когда Маклин застрял в Вашингтоне.

— Вот как?

— Я только что разговаривал с ним по телефону. Комиссия по торговле не дает нам спокойно жить. Он не вернется до понедельника.

— В таком случае как я могу вам отказать? — улыбнулась Ханна.

Мистер Лонгворт настоял, чтобы она купила себе платье за счет фирмы.

— Ханна, вам не стоит на это тратить свои деньги, — ласково сказал он. Ханна понимала, он не был уверен, что у нее имеется что-то элегантное, подходящее для такого важного приема.

— И он прав, — сказала она Салли, которая обещала помочь ей выбрать наряд.

— Давай купим что-то, от чего они все выскочат из ботинок и обалдеют, — предложила Салли, когда они рассматривали платья на вешалках в маленьком бутике во время ланча.

В конце концов, они достигли компромисса и купили не длинное черное платье из джерси, которое выбрала Ханна, и не унизанное блестками мини, над которым ахала Салли, а платье из бархата шоколадного цвета с короткой юбкой и глубоким вырезом на груди.

Теперь Ханне казалось, что оно слишком короткое и слишком открытое. Она стояла перед зеркалом вечером в пятницу. Но все-таки платье было потрясающее — очень красивое и женственное. Оно каким-то образом даже смягчало впечатление от ее больших очков. Но дело было не только в этом. Вырез был от сих и юбка до сих, и мягкая бархатная ткань обрисовывала каждый изгиб ее тела.

Она посмотрела на часы. Фирма пришлет за ней машину, и у нее еще в запасе десять минут. Наверное, у нее есть что-то в шкафу, в чем она сможет пойти на прием, — какой-то классический костюм или…

Раздался звонок в дверь.

Ханна вздохнула и пошла к двери.

— Вы слишком рано, — сказала она, открывая дверь. — Простите, но вам придется подождать, пока я переоденусь…

Она замолчала. В дверях стоял не шофер в униформе, это был Грант. Высокий, темный и очень красивый в черном смокинге.

— Добрый вечер, Ханна.

— Что… что вы здесь делаете?

— Я заехал, чтобы отвезти тебя на прием, — улыбаясь, ответил он.

— Нет. — Она покачала головой. — Это невозможно. Вы же в Вашингтоне.

— Я тебя уверяю, что я здесь. Я могу войти? — Он улыбнулся еще шире.

Она безмолвно отступила назад, и он вошел в квартиру. Его рука коснулась руки Ханны. С ним вошло холодное дыхание ночи и слабый лимонный запах одеколона.

— Я ничего не понимаю, — медленно сказала Ханна. — Мистер Лонгворт сказал…

— Мне удалось побыстрее разделаться с делами.

Она смотрела, как он медленно двигался по крохотной гостиной, время от времени останавливаясь, чтобы посмотреть на репродукции в рамках на стенах или легко прикоснуться к маленьким фигуркам животных из стекла, которые она собирала.

— Я не вижу никаких львов, — заметил он, слегка улыбаясь.

— Что? — заморгала глазами Ханна.

— Львов. Да, я вспомнил, Томми посылает вам привет и говорит, что у Брайена все в порядке.

— Брайен? — непонимающе повторила Ханна.

— Лев Брайен. — Грант повернулся к ней и улыбнулся. — Мэрилин клянется, что это не она назвала так это создание.

Львы, Томми, Мэрилин. Все свалилось на нее сразу.