Медведь сердито сверкнул глазами и обиженным голосом громко поинтересовался у короля Леонарда:

— Лео, так ты что же подумал, что я могу захотеть переспать с этой бешенной тварью? Ты того, думай, что говоришь.

Король рассмеялся и воскликнул:

— Да, Медведь, с чувством юмора у тебя плоховато! Парень, да, я тебя к ней и на пушечный выстрел не подпустил бы. Хотя она сейчас уже не сможет применить своей магии, так как я напрочь отшиб ей память, она по-прежнему остаётся самой злобной и коварной стервой, какую я только встречал. Извини, дружище, но эта тварь может и без всякой магии так засрать тебе мозги, что ты долго будешь потом гадать что белое, а что чёрное. В принципе единственное, о чём я вас хотел попросить, так это о том, чтобы вы поглазели на то, как её будут сейчас насиловать её же собственные слуги, точно так же, как на вас когда-то глядели сверху все те ублюдки, которым так нравилось смотреть на то, как вас заставляют убивать друг друга, что они даже платили за это деньги, но даже этого я от вас не прошу.

Блок незаметно для короля стукнул Медведя кулаком в бок и нарочито весёлым голосом сказал:

— Лео, дружище, если это и в самом деле Монии может не понравиться, то я сейчас сбегаю за лавкой и мы посмотрим на это увлекательное зрелище и даже будем свистеть и кричать точно так же, как это делали те уроды, кто сидел на трибунах.

Мония, которая очнулась в тот момент, когда с её тела снимали одежду и всё это лишь прикидывалась, что находится в беспамятстве, быстро соскочила с каменного ложа, подбежала к хрупкой на вид решетке, вцепилась в неё и попыталась было сломать, но не смотря на то, что мускулы её дико напряглись, та даже не шелохнулась и ведьма прорычала:

— Вы все сдохнете в страшных муках и я поглощу ваши жалкие, хлипкие душонки, съев ваши сердца.

Тут внезапно очнулся один из её слуг, повернул голову, услышав женский голос, увидел перед собой роскошный зад старой ведьмы и мигом подскочил к ней. О, в таком мерзком деле, как изнасилование, он был просто мастер. Удар его был точен и так силён, что у Монии глаза чуть не вылезли на лоб от изумления и возмущения, но её слуге было плевать на то, что подумает о нём хозяйка. Он потащил ведьму к каменному ложу вопя:

— Мония, детка, как же давно я мечтал впердолить тебе!

Слуги стали приходить в себя один за другим и у всех было точно такое же желание.

Вот тут-то Мония и поняла, что она влипла в крупные неприятности и громко завыла, её крик кто-то очень быстро заглушил. Блок сунул в рот два пальца и громко засвистел, а два бывших бойца загоготали громко и издевательски. Король Леонард тоже злорадно рассмеялся и крикнул:

— Извини, красотка, что я не отходил тебя, но ты действительно не в моём вкусе!

Терпеть не могу молодящихся старух! Да, и вообще милашка, ты полное дерьмо.

Проехавшись по личным качествам ведьмы, он быстрыми шагами чуть ли не бегом отправился в дом принцессы Оделии. Та, услышав его шаги, выскочила из своей комнаты с костяным гребнем в руках. Король Леонард увидев эту юную красавицу, которая успела причесться и даже повесила себе на точёную шейку ожерельице из цветных камешков, подумал: — «Да, малышка, ты истинная принцесса» и громко воскликнул:

— В путь, ваше высочество!

Ну, в путь это было слишком громко сказано, так как весь путь только в том и состоял, что король-маг открыл портал прохода к своему схрону и вошел в него вместе с Оделией. Он быстро вскрыл заклинанием фундамент и вытащил из своего тайника рюкзак и седельные сумки. Не закрывая портала прохода он достал из рюкзака кожаную сумку с магическими амулетами и прочими мелочами вроде небольших слитков серебра и золота, забросил багаж в пещеру и только потом закрыл портал.

После чего открыл второй, на этот раз в таверну Майко и Нелинки и вошел в него вместе с принцессой.