Он нарочно не стал употреблять слово «операция», вспомнив, как совсем недавно на него среагировала Инес. И еще потому, что для столпившихся вокруг людей оно означало совсем не то, что подразумевал он, а объяснять сейчас не было времени. Дерек перевел взгляд на Антара.

– Здесь это невозможно, нужно транспортировать…

– Скажите, а каков ваш диагноз? – перебила его высокая костлявая женщина, стоящая в изголовье кровати.

– Диагноз? Микроинфаркт…

– Ну вот, я же говорила – инфаркт, – с торжествующим видом заявила она.

– Простите, вы врач? – спросил Дерек. Женщина кивнула. – И вы поставили этот диагноз безо всякой аппаратуры? – удивился он.

Она пожала плечами и густо покраснела, явно от удовольствия. Но, тем не менее, произнесла не без вызова в голосе:

– Вот вы сказали – нужно транспортировать. Насколько мне известно, при инфаркте главное – обеспечить больному полный покой. И потом, что вы подразумеваете под словом «вмешательство»? Операцию, что ли?

Вот и произнесено это слово, с досадой подумал Дерек и покачал головой.

– Во-первых, как я уже сказал, это микроинфаркт, то есть, очень незначительное повреждение сердечной мышцы. А во-вторых, я не имею в виду «операцию» в вашем понимании этого слова…

– Дерек, Фреда, вы что, совсем спятили? – перебил его Антар, сердито сверкая глазами. – Время ли сейчас болтовней заниматься? Дерек, ты считаешь, нужно ее везти? Куда?

В его голосе отчетливо прозвенело напряжение. Наверно, не слишком жаждет, чтобы я болтался на острове Пятницы, подумал Дерек, но ради матери готов согласиться. Не бойся, милый, мне этого хочется не больше твоего.

– На остров Разочарования. По-видимому, догадка Дерека оказалась верна, потому что на лице Антара промелькнуло и тут же погасло выражение облегчения.

– А там хватит… аппаратуры?

– Хватит.

– Ясно.

Рот Антара на мгновение искривила скептическая усмешка. Подтекст этого диалога был понятен только им двоим. Представляю, сколько ты всего уволок из подземной лаборатории, пока я по твоей воле остался даже без «стрекозы» и сидел тут, как привязанный, вот что выражала усмешка Антара.

– Ну, так вези, если надо, – закончил он. Тут заговорили все разом.

– Что значит «вези»? Куда это «вези»? – требовательно спросил Трент, отец Антара.

– Я знаю – он хочет вставить ей железное сердце! – заверещал старик у окна, тыча в Дерека костлявым пальцем. – Чтобы она стала такой же, как он сам. Господь не допустит этого богохульства, так и знайте, нет, не допустит!

– Что это значит – «операция» не в нашем понимании? – спросила женщина-врач, которую Антар назвал Фредой.

– Тихо, тихо, – Антар поднял руку, и моментально все смолкли. Дерек отметил, что молодой человек мужал прямо на глазах. В его голосе появились новые, «командирские» нотки, и люди прислушивались к нему, чувствуя, что это не пустая бравада. – Отец, пойми. У него, – последовал кивок в сторону Дерека, – такая техника, которая нам и не снилась. Мать вообще забудет, что у нее когда-то болело сердце. Ты хочешь, чтобы она выздоровела, или предпочитаешь оставить ее лежать тут безо всякой серьезной помощи?

– Ну… Что за вопрос… – растерянно произнес Трент.

– Ну, а раз так, тогда не спорь и не допытывайся сейчас, что да почему. Если упустить время, никакая техника не поможет, я правильно понимаю? – он перевел взгляд на Дерека.