— Да? — Голос ее звучал по-прежнему сухо.

— Я действительно благодарен тебе за услугу. Она холодно посмотрела на меня.

— Наверное, ты убедил меня своими рассуждениями о патриотизме. Можно ли в чем-то отказать мужчине со столь возвышенными устремлениями?

— Разумеется, — кивнул я. Давно пора было сменить тему. — Элли, помнишь, как ты воспользовалась этим ножом в последний раз?

Она немного помедлила с ответом.

— Такое трудно забыть, но почему ты спрашиваешь?

— Потому что сегодня ночью, в критический момент, если он и впрямь наступит сегодня ночью, хотелось бы иметь рядом решительную девушку. — Она молчала. После небольшой паузы я продолжал: — Советую распроститься с иллюзиями относительно того, что нам предстоит. Забудь все, что ты видела по телевизору или в кино. В жизни такого не бывает.

— Что ты имеешь в виду, Мэтт?

— Правила кино предписывают нам заранее обдумать подробнейший план нашего бегства, не так ли? Предусмотреть, как мы выберемся из каюты, как управимся с противниками, свяжем и сложим аккуратными штабелями в соседней каюте, вызовем по рации помощь, которая заберет нас с этой плавучей бомбы. Правильно? Все телегерои отличные парни, они разрабатывают самые хитроумные планы, как спасти свою драгоценную жизнь, при этом стараясь по возможности не пролить ни капли чужой крови. Разве не так?

Элеонора провела языком по губам. Ее враждебность исчезла. Она не сводила с меня пристального взгляда.

— Продолжай, Мэтт.

— Все это выдумки, — сказал я. — Отличным парням удается уцелеть только в кино. Я собираюсь поделиться с тобой секретом, которым не часто делюсь с другими, особенно с чувствительными молодыми женщинами. Основной принцип бегства, мисс Брэнд, состоит в том, чтобы этому бегству никто и ничто не помешало. А помешать не смогут лишь будучи мертвым. Вы следите за моей мыслью, мисс Брэнд? — Она облизала губы.

— Продолжай.

— Грубо говоря, это можно выразить так: нас будут интересовать глотки, а не лодки. Неважно, что до сих пор Джулио вел себя с нами достаточно вежливо. Неважно, что Серина — несчастная неуравновешенная девушка, выросшая в неблагоприятной семье. Неважно, что Генри, возможно, отличный моряк и по-своему неплохой парень, а Адама можно понять, учитывая его расовую принадлежность, оставшийся же на катере Роберт превосходный повар, хоть и страдает дурной привычкой поспешно хвататься за нож, да и Артуро, возможно, обладает положительными качествами, с которыми я не имел случая познакомиться. Предстоит обо всем этом забыть. Просто забыть обо всем. Сможешь? — Она глубоко вздохнула.

— Не знаю. Это кажется... излишеством.

— Это естественно. Я сталкивался с подобным и раньше. Однажды в самый неподходящий миг довелось вступить в перепалку с нежной молодой дамой, которая сочла, что я излишне жестоко обошелся с несчастными охранниками, вставшими у нас на пути. — Я пожал плечами. — Ладно, так будет сложнее, но раз ты настроена подобным образом, я все сделаю сам, или, по крайней мере, попытаюсь сделать. Мне просто подумалось, что поскольку однажды ты решила испачкать руки в крови, сочтя причины достаточно убедительными, то и теперь, когда речь идет о собственной жизни, не побоишься рискнуть еще раз. Однако...

— Мэтт, заткнись! — Я посмотрел на нее и увидел, что ее лицо побледнело. — Хватит болтовни. Я просто сказала, что это жестокое решение, вот и все.