Бистрофф подержал поданную ему кожаную папку и, не заглядывая в меню, вернул ее официанту.

— Несите осетрину. В Америке я завтракал двумя тостами и стаканом сока, а у вас научился объедаться по-русски.

— Но, заметьте, не пополнели, — улыбнулся официант. — Русская кухня — самая полезная в мире. Не то что ваш «фаст фуд».

— Особенно пельмени: жирное мясо в тесте После них кровеносные сосуды ершиком не прочистишь, — брюзгливо заметил Бистрофф.

— Пельмени — зимнее блюдо, чтобы лес валить на морозе, — парировал официант. — А для лета у нас, например, окрошка. Послушайтесь меня, мистер. Один год питайтесь по-русски, без ваших биг-маков и пережаренной картошки в пакете, и вы почувствуете себя другим человеком.

С этими словами официант ушел за осетриной, прихватив папку с вложенным конвертом. Его разговорчивость входила в правила игры. Американец был щедр на чаевые, а с таким посетителем ни один официант не ограничится простым «Что прикажете?».

Бистрофф без особого удовольствия съел осетрину и поехал дальше собирать песчинки. Сегодня сотрудника по культурным связям ждали в книжном издательстве. Там собирались переводить роман известного американского фантаста и попросили Бистроффа помочь в переговорах с автором.

А запущенная резидентом операция набирала ход. Ее питали доллары из переданного официанту конверта и рвение отставного майора Зайцева. Официант сразу же позвонил ему и сказал:

— Деньги мы собрали, работайте. Только, с вашего позволения, я заплачу вечером.

Еще раз отпрашиваться для поездки в сыскное агентство официант не стал, чтобы не раздражать ресторанное начальство. Зайцев поверил клиенту на слово.

В одиннадцать тридцать отставной майор подъехал к заброшенному дому в Тихом тупике. По случайному совпадению его машина была бордовой, как «жигуленок» Крысолова, и вышла с того же Волжского автозавода. Только частный сыщик зарабатывал побольше и ездил не на старой «шестерке», а на «десятке». Чтобы не привлекать внимания, он оставил машину в узком проезде между двором и улицей — на том же месте, где оставлял Крысолов.

Заброшенный дом Зайцев облюбовал еще вчера. Он сразу подумал, что вор может наблюдать из него за двором в бинокль. Но вор оказался мальчишкой, и тогда Зайцев решил не мудрить. Наблюдательный пункт, бинокль — все это слишком сложно для ребенка, который может и так вертеться во дворе, не вызывая подозрений. А вот ему, Зайцеву, заброшенный дом очень даже подходит, чтобы выследить воришку.

Отставной майор нашел тот самый ящик, который Маша подставляла под ноги Вите Галенкину. Наступил, подтянулся, оседлал забор… И увидел то же, что и остальные: разбитое окно на первом этаже.

Зайцев не знал, что при доме имеется сторож, который лазает в это окно четыре раза в сутки (или только так говорит). То, что в доме кто-то бывает, сильно ему не понравилось. Только что Зайцев представлял, как найдет комнату с окном во двор и, устроившись на старом диване, будет с комфортом поджидать белокурого «ангелочка». Но теперь, насторожившись, он решил обойти весь дом, и начал с подвала.

Капельки крови и, как говорят милиционеры, следы волочения тела не укрылись от глаз сыщика. Зайцев стал еще внимательнее. Свежая штукатурка на стене успела высохнуть, и он прошел мимо клада так же, как и Маша с Сергейчиком. Зато потом ему повезло: Зайцев нашел осколок металлоискателя с фабричной наклейкой.

Название прибора «Golden hawk» сказало не сильному в английском языке Зайцеву даже меньше, чем Сергейчику и Маше. Зато наклейка сообщала, что прибор изготовлен в Австралии, и фирма-изготовитель там значилась.

С такими данными узнать назначение прибора было совсем легко.