-  Ада-авайте улетим?! - весело предложил Буря, и позади взвыли резко включенные двигатели.

    Ой, а ведь эти пять минут еще прожить надо. Потом по всем вдарила страшенная перегрузка.

    -  Мама, роди меня обратно, - вякнула ворона, после чего мы взлетели в космос прямо сквозь крышу ангара.

    Пять минут. Пять минут. Это много или мало?

    Это много. Нас носило то по гиперу, то по обычному пространству, перегрузка менялась постоянно, швыряя нас то в состояние невесомости, то в состояние придавленности как минимум слоном. Ворона отключилась первой, Люц матерился у клавиатуры, капитан полз на мостик, зеленый и такой беззащитный. Найт смылся в реакторный отсек, пока тот не взорвался к чертям собачьим.

    -  НИРВАНА! Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ, ЖИЗНЬ!

    И снова перегрузка, после чего резкий выход из гипера. Боже, за что? Уже даже блевать не тянет.

    И вдруг все закончилось.

    Притяжение вернулось в норму, мы зависли на одном месте, по ушам резанула такая непривычная тишина. Я отлепилась от потолка и со стоном упала на твердый пол. Ворона висела в кресле, намертво перетянутая всеми ремнями, которыми я успела ее привязать. Дышала через раз, глаза выпучены, общее состояние - шок.

    -  Где эта мутантка? - прорычал знакомый голос из-под панели управления. Скосив глаза, я столкнулась с многообещающим взглядом капитана. Ему было очень плохо, но мне потом явно будет еще хуже. Один Блэк, гордый и непоколебимый, только немного бледный, стоял рядом с Люцем и помогал тому подняться. Пальцы пилота были намертво приклеены к клавиатуре, до бедняги явно еще не дошло, что все уже кончилось.

    -  Народ, слушайте, а что это со мной было? - раздался удивленный голос из динамиков.

    Все злобно посмотрели на меня, даже вползающий на мостик Найт, сильно побитый и грязный.

    -  А мне понравилось, - глубокомысленно прокомментировал Буря. - Иль, может, повторим?

    Ответить я не успела: меня попытались прибить.

    Сижу в своей каюте, заперта на все замки, и дверь подперта чем-то тяжелым. Рядом валяется полностью загипсованная птичка и грустно смотрит на потолок. Буря тихонечко упрашивает дать ему еще разок словить кайф и заверяет в вечной дружбе.

    На душе - муторно.

    -  Кар, хочешь мультик посмотреть?

    Молчание.

    -  Я червячков затырила, они в тумбочке и еще шевелятся, хочешь? - На меня скосили левый глаз. - Правда-правда.

    -  Давай, - грустно и с оттенком вредности.

    Я радостно полезла в тумбочку. Хорошо, что успела сгонять в пищеблок до того, как меня единогласно решили посадить под домашний арест.

    -  На.

    -  Положи в клюв, я не могу двигаться.

    -  Угу.

    Чавканье, тихое одобрительное гуканье и уменьшение враждебности во взгляде.

    -  Иль, ты когда в следующий раз соберешься че-нить натворить - предупреди. Может, я успею смыться и даже сохраню оперение.

    Я виновато кивала, продолжая подкармливать ее червячками и прислушиваясь к бурчанию в собственном животе.

    -  Ладно, фиг с тобой, включай мультик. И… чего уж там, я ж видела, что ты и себе еды принесла, можешь есть, я больше не дуюсь.

    Я радостно улыбнулась и снова полезла в тумбочку. А все-таки повезло мне с подругой. Кто другой после многочисленных переломов, резкого облысения в ходе терапии и прочего мог бы и не поверить в мои дружеские чувства.