Трое знали о том, что он поедет в город по каньону: Док Гринли, Уэйд Мэннинг и Буфф Маккарти. Клип прищурился. А в самом деле, если он ехал медленно, а Томми Маккарти мчался сломя голову, то не мог ли он каким-то образом оказаться впереди него? А что, если Томми выскочил на тропу в тот злосчастный промежуток времени между тем, когда Клип впервые услышал топот копыт, и тем, когда увидел юношу?

Сев в седло, Хэйнс повернул своего вороного вниз по склону к тропе. Спускаясь, он внимательно наблюдал за гребнем скалы. Вдруг он натянул поводья. На земле ясно отпечатались подковы его вороного, но вот появился еще один след, и скоро Клип нашел то место, где лошадь спрыгнула со склона на тропу. Он слез с вороного и, ведя его на поводу, стал изучать след на склоне. Как только он убедился в том, что след хорошо различим, сел на коня и быстро поскакал по нему.

Ему пришлось проехать не больше двух миль, когда возле узкого входа в каньон он увидел полуразрушенный глинобитный домик. Здесь след обрывался.

Осторожно сойдя с коня, Клип распахнул дверь мазанки. Никого! Держа револьвер наготове, он опустился на колени и принялся исследовать плотно утрамбованный земляной пол.

Поверхность его оказалась во вмятинах и царапинах, будто кто-то пытался освободиться от пут. Но ни веревок, ни чего-нибудь похожего он не обнаружил.

Вдруг чья-то тень перекрыла его тень. Он замер на месте. Пригнувшись, кто-то смотрел на него. Этот человек не мог видеть револьвера в руке Клипа. Продолжая делать вид, что осматривает пол, Хэйнс ждал первого хода притаившегося сзади незнакомца.

Он услышал щелчок взводимого курка и в ту же долю секунды резко отклонился в сторону. Выстрел глухо прогремел в глинобитной хижине, и земля, поднятая пулей, взрезавшей пол, брызнула в стены. Клип тоже выстрелил и метнулся к двери. Следующая пуля противника угодила в дверной косяк менее чем в дюйме от его головы, и он отважно выскочил наружу, отчаянно паля из двух шестизарядников. Преследователь словно оступился, попытался было снова стрелять, а потом рухнул ничком.

Клип Хэйнс застыл на месте. Легкий ветерок играл локоном, спустившимся на лоб. Горячее уже солнце жгло щеки. Человек, распростертый на песке, был мертв.

По привычке он перезарядил оба револьвера и прежде, чем опуститься на колени перед телом, внимательно осмотрел гребень каньона, каждый валун и каждое дерево. А когда заглянул в лицо убитого, в его глазах отразилось крайнее удивление. Он узнал того самого здоровенного мужика, который так активно призывал линчевать его прошлой ночью.

Клип еще немного помедлил размышляя и поднялся на ноги. Повернувшись лицом к хижине, он спокойно встал, заткнув большие пальцы рук за пояс.

— Ну, выходите же! — приказал он наконец. — Руки вверх!

Из-за угла хижины появился Уэйд Мэннинг с поднятыми руками. Он в упор смотрел на Клипа.

— Недурно, совсем недурно! — усмехнулся он. — А как вы узнали, что я там?

Клип пожал плечами и указал на своего вороного, который мотал головой.

— Его уши. Он ничего не пропустит. — И выжидающе молчал, холодно глядя на Уэйда.

— Полагаю, вы хотели бы знать, что я там делал?

— Совершенно верно. Так же, как и то, что вы делали в каньоне прошлой ночью. Вы крутились где-то поблизости, когда шла стрельба.

— Я все могу объяснить, — ответил тот, продолжая улыбаться. — Я не обижаюсь на вашу подозрительность. После того как мы побеседовали с вами вчера у шахты, я решил, что мне лучше вернуться и сказать вам, что знаю, кто вы такой, и чтобы вы не спешили с выводами насчет Лэндона…

— А кто вам Рэйф Лэндон? — резко прервал его Клип.