— Я думаю, что мисс надо кое о чем подумать, юная девица. Не поиграешь ли в парке?

Чувствуя, что настало время оставить взрослых наедине, Аврора поднялась со стула и направилась к двери. Прижимая к груди бумагу и карандаши, она остановилась на пороге. Повернулась и прошла на кухню.

— Прости, что держала это от тебя в секрете. Я знала, что ты не захочешь, чтобы я уехала, и поэтому ничего не говорила.

Все оказалось так просто.

Мелисса сухо усмехнулась, легкие у нее горели, улыбка на губах застыла. Пятилетняя, почти шестилетняя девчушка, и уже не нуждается в няне.

— Все нормально, куколка. Поговорим об этом позже.

— Мама сказала, что все в порядке, — добавила Аврора, неспособная устоять перед возможностью воспользоваться очередным доводом в свою пользу.

— Уверена, что мама именно так и думает. А сейчас иди.

Она протянула руку, чтобы погладить головку Авроры, но та уже помчалась в гостиную. Рука Мелиссы повисла в воздухе.

Рейли вначале отворил, а потом затворил дверь. Девочка побежала по тропинке, мигом позабыв про разговор в коттедже.

— Школа, — прошептала Мелисса.

— Мы находимся слишком далеко от хороших школ, куда она могла бы ходить каждый день. Школа-интернат представляется наилучшей идеей.

— Это ужасная идея! — снова накинулась она на него. — Неужели ты не видишь, что они делают? Они женаты едва месяц и уже сплавляют девочку прочь! Освобождаются от нее! Да она будет сломлена на корню, когда поймет все это!

— Она сама попросилась.

— Она почувствовала себя ненужной. Мне следовало обращать на нее больше внимания.

Рейли взял Мелиссу за руку и встряхнул.

— Послушай сама себя. Послушай ее. Это вовсе не отказ от ребенка, это приключение. Она сама этого хочет. Ни у кого из слуг нет детей. Ей надо быть в обществе других детей.

— Но я в ней нуждаюсь. — Эти слова едва успели слететь с ее уст, как полились слезы. Все тело Мелиссы сотрясалось, а вздохи перемежались со всхлипываниями.

Рейли взял ее в объятия, стал гладить ей волосы, чувствуя, как дрожит все ее тело.

— Ты хотела, чтобы она была счастливой, здоровой и сильной. Ты хотела, чтобы она умела справляться со всем, что может подбросить ей жизнь. Тебе это удалось. И ты заслуживаешь за это величайшей благодарности.

— Значит, я сделала ее до такой степени уверенной в себе, что она прекрасно может обходиться без меня, верно?

— А что в этом плохого?

Ничего, если не считать, что она остается за бортом. В который раз. Но зато есть Рейли. Рейли, который подает ей свой платок, держит ее в объятиях, разрешает ей выплакаться вдоволь, расписавшись в собственной глупости.

— Не могу поверить, что вела себя, как дура, из-за такого пустяка!

— Я бы этого не сказал, мисс.

— Но она же хочет идти в школу!

— По ее словам.

— И она не напугана. И не чувствует себя ни в малейшей степени отвергнутой.

— Благодаря тебе.

— Я хорошо поработала.

— И это огромное достижение.

— Тогда почему я так несчастна? — простонала Мелисса.

Он вздернул ей подбородок.

— Да потому, что ты женщина, разве не так?

Она стала слабо колотить его кулачком по бицепсам.

— Не заводись.

— Она птенец, вылетающий из гнезда. Ты страшишься ее потерять. Это нормально. Дети растут.

— Но я не хочу, чтобы она росла так быстро! И отправлялась в школу!

— А что в этом плохого?

Мелисса утерла нос платком.