— Куда-то уехал, — сообразил парень. — Уже сутки нет.

Подмигнув парню и вытащив из кармана сотню долларов, Кардинал положил ее на пенек, кивнул парню и вернулся в комнату.

— Его уже сутки нет, — ответил он. — Если…

— Я слышал, — перебил его Абрам. — Значит, он приложил к этому руку. Если сможешь, перехвати его и сразу же свяжись со мной. Я тоже буду его искать.

— Отлично. — Кардинал отключил телефон. Посмотрев на молча стоявших боевиков, рассмеялся. — Абрам, — сказал он. — Пропажа обнаружилась. Никаких зацепок — думают на Шакала. Я поддержал их подозрение. Поехали. — Шагнул к двери, но остановился. «Как же я мог забыть? — подумал он. — Что делать? Убивать? Нельзя. Но что-то предпринять надо. Что? — посмотрев на сидевших в джипе парней, усмехнулся. — С вами будет все просто. А вот с ним… — Сплюнув, махнул рукой. — Надеюсь, в ближайшие полчаса у него разговора с Москвой не будет. А если?.. Тогда все».

— Парни, — позвал он. — Я совсем забыл, — с деланным огорчением проговорил он, — у меня очень важный разговор. Идите, отметим удачное дело здесь.

Рекс и Клещ уже не в первый раз удивленно переглянулись. Шеф никогда не был так радушен и приветлив. Они пошли к дверям двухэтажного охотничьего домика. Кардинал наполнил рюмки. Повернувшись, кивнул.

— Спасибо, и давайте за то, чтоб и дальше все было удачно. Парни, подойдя, взяли рюмки.

— Новостей никаких не узнали? — чокаясь с ними, поинтересовался Кардинал.

— У него сын родился, — кивнул на Рекса Клещ.

— Сын? — Эдуард поставил рюмку. — Пьянка отменяется, — твердо проговорил он. Боевики тоже поставили рюмки. — Вы сейчас же отправляетесь в один город, — быстро проговорил Кардинал. — Немедленно, и вот что вы там должны сделать…

— Ему паралитик Яковлев топором всю тыкву размолотил, — посмеиваясь, говорил Родион. — Его туда сунули, чтоб баба на работу к нам вышла. А тут Наседина в эту же клинику отвезли. Потом чухнулись — он же всех вломить может.

Ну, двое мусоров, которые на нас вместе с Насединым пахали, поехали туда. И так, словно нечаянно, меж собой базарок пустили: Наседин Зойку Яковлеву вместе с дочкой хотел завалить. И вроде кого-то крепко подранил. Это под балконом, на котором калека в кресле сидел. Тот, говорят, чуть с балкона не упал. Они и свинтили сразу. А тут медсестра в палату Яковлеву таблетки принесла. Он ее и спрашивает про Наседина. А та в масть попадает. Да, говорит, здесь он. Какую-то женщину с ребенком хотел убить. И все. — Родион захохотал. — Калека на свой самокат — и вперед. С пожарного щита топор хвать, и старшую медсестру на гоп-стоп: где Наседин лежит? Та топор увидела, полные штаны наложила и сказала.

Он закатился туда и по раненой ноге ему хрясь. А затем давай череп кромсать. В общем, все ништяк вышло.

— Нормально, — усмехнулся Фалин. — А что теперь с женой?

— Она мастер отличный, — вступил в разговор Валерий. — Ее давно в цех хотели заиметь. Она — ни в какую. Я даже предлагал в каторгу ее спустить. Но муж, сука, заяву бы написал. А тут прихватили: у нее дочка в деревне у свекрови. Туда и поехали наши. Сейчас уже три дня работает. — Он засмеялся.

— Пашет, как пятилетку за два года.

— А чего она не шла-то? — удивился Шустрый. — Ведь деньги хорошие платят.