— Да ну их на хрен, — махнул татуированной рукой бритый наголо здоровяк.

— Что мы, мусора, что ли, бабу какую-то искать? Если завалить кого или наехать — другой базар. — Он выматерился.

— Хорош тебе, Днепр, — бросил Косой, — А то довякаешься — как Моряка, шлепнут, и все дела. Атаман молодчина. Хрен на всех забил. До сих пор никак не выловят.

— Так о чем базар? — хмыкнул Днепр. — Объяви этим крутым, мать их, войну. И хрен с ним со всем. Они нам быстренько место на кладбище выделят, ллп — Я, например, — сказал Косой, — буду от них ноги делать. Цепану бабок поприличней — и рвану когти. А то, по натуре, как в шестерки записался. Они, сучары гребаные, нар не нюхали, а пальцы веером. Блату полные штаны.

— Так потому, что у них бабок полные карманы и запазухи. И знают, куда и кому сунуть. И знаешь почему? Как раз потому, что они нар не нюхали. Сейчас и наших полно, я про тех, кто срок тянул. Просто они не подстраивались ни под кого, а свою копну молотили, и весь базар. А мы так, в шестерках у жирнень-кой кормушки пасемся. А линять от них поздно. Пенсию государство нам не выпишет. Тюремный стаж не в счет. А мы все-таки не привыкли на спичках экономить. Да и помнишь, когда последний раз на свое дело ходил?

— Не-а, — честно ответил Косой.

— Так что и базарить не надо. Увязли мы в болоте этом по самое некуда. А если к кому-то из настоящих воров канать, они нас пошлют куда подальше. Так что сопи в две дырки и не пускай пузыри. Мне пожить хочется. Тем более бабки все-таки они нам клевые гонят.

— Но уж больно строят из себя, — буркнул Косой.

— Что? — нахмурился Альберт. — Точно случайно?

— Сто процентов. Просто они проверять тщательно стали. Водила задергался. В общем, все, хана. Боец, что с водилой ехал, пытался сдернуть. Ствол выхватил. Пулю в ляжку слопал, и все. Взяли обоих.

— Ясно, — кивнул Альберт. Отключив сотовый, громко позвал:

— Лось!

В открытую дверь заглянул парень.

— Свяжись с Устранителем.

— Отлично. — Довольно улыбаясь, Падишах отпил глоток пива из банки и поставил ее на подоконник. — Лично мне в кайф, что у них проблемы начались. Я товар выцеплю и на хренушку их видал. — Сев в кресло, положил ноги на столик.

Молодая полная женщина, потушив окурок в пепельнице, посмотрела на часы.

— Мне скоро уезжать. Меня просили узнать с кем дело иметь. С тобой или…

— С кем же еще? — хмыкнул он. — Они в это не лезут. Только по телефону с поставщиками говорят. Это я как загнанный мотаюсь туда-обратно. А они…

В дверь позвонили.

— Вот так всегда, — подмигнул он женщине, — без меня ничего не решается. Нет покоя ни днем, ни ночью.

Встав, пошел в прихожую. Она услышала, как он, не спрашивая открыл дверь. Затем что-то тяжело упало. Женщина испуганно замерла. Услышав стук закрывшейся двери, осторожно выглянула в прихожую и увидела лежавшего на спине Падишаха. Закричав, бросилась к двери. Вспомнив о сумочке, вернулась назад.

— Жуков, — открыв железную дверь камеры, лениво проговорил милиционер, — на выход.

— Наконец-то. — Поднявшись с пола и отряхивая джинсы, Евгений вышел из камеры.

Милиционер захлопнул дверь.

— Сейчас выйдет, — кивнул молодой капитан милиции. — Получите своего муженька в целости и сохранности.

— Здравствуй, Маша. — Улыбаясь, к жене подошел Жуков.