— Нет-нет, спасибо. Я буквально на несколько минут. Скажите, вам знаком человек по фамилии Капитоненко? Евгений Александрович Капитоненко.

— Не припоминаю, — покачал головой Шехет, отодвигая в сторону телефонный справочник, который успел бегло пролистать. — А в чем собственно дело?

— Три дня назад Капитоненко и его приятель Али Сеидов были убиты. Проводится расследование. В записной книжке Капитоненко обнаружен ваш телефон.

— Дайте подумать. Так, так, постойте… Евгений? Высокий, плотный и волосы у него седоватые…

Сморщив лоб, Шехет наконец припомнил, что кто-то в компании его познакомил с человеком по фамилии Капитоненко. Кажется, он работает по сельскому хозяйству. Однажды, встретившись случайно на улице, Евгений пригласил к себе, попить пива. День был жаркий, и Шехет перед таким соблазном не устоял. О чем разговаривали? Самые общие темы. О жизни, о том, что запчастей к машине не достать и пива летом не найдешь.

— Он ни с какими просьбами к вам не обращался?

— О чем меня можно сейчас просить? Усилить охрану благородных оленей или помочь вступить в наше общество?

Он засмеялся, виновато разводя руками. Потом стал рассказывать, что раньше действительно не было отбоя от посетителей, а сейчас он маленький человек и про него забывают даже друзья.

Шехету очень не хотелось продолжать разговор о Капитоненко. А то, что они знакомы и между ними были какие-то дела, Черных не сомневался.

Проводив капитана, Шехет отключил телефон секретарши и набрал номер одного из заместителей начальника Управления внутренних дел, которого хорошо знал еще по работе в комсомоле. Они поговорили немного про общих знакомых, посетовали, что из-за служебных дел так редко встречаются.

— Слушай, товарищ полковник, — после паузы заговорил председатель общества, — я к тебе в роли просителя. Избавь меня от интриг, хотя бы со стороны своего ведомства…

Он рассказывал, стараясь скрыть обиду и нервозность, но это ему удалось плохо, и заместитель начальника Управления с сочувствием подумал, что у его старого приятеля, всегда спокойного и ироничного, сдали нервы.

— …у меня полгорода знакомых. Что ж теперь, когда я никто, меня можно таскать за ухо, как ребенка? Или поступила команда добить и смешать с грязью?

— Не городи ерунды, Илья! — крикнул в трубку зам. — Я не в курсе дела. Видимо, идет обычное расследование.

Но если ты так переживаешь, я скажу, чтобы тебя оставили в покое.

Опуская трубку он подумал, что, конечно, надо быть повнимательнее к Ильюхе. Судьба — она индейка. Бросает людей, и не угадаешь, где завтра будешь. А дружба остается дружбой.

На следующий день пришло сообщение из Горького. Один из преступников, отбывающий наказание за кражу боеприпасов, дал показания, что в ноябре прошлого года продал шестьдесят автоматных патронов Али Сеидову. Для какой цели приобретались патроны и было ли у Сеидова оружие, он не знал.

Черных разложил на столе листы, на которых были записаны полученные за три прошедших дня сведения о Капитоненко, Сеидове и их окружении. С патронами получалась какая-то ерундовина. Их купил Сеидов, видимо, и автомат принадлежал ему, но как вышло, что он был убит этими же патронами?

Может быть, Чумак? Старый приятель Капитоненко? Где он находился во время убийства, пока не ясно. Чумак крепко обжился в Краснозерске, строит второй дом. Зачем ему идти на убийство? Но ведь пошел же тогда двадцать с лишним лет назад. Из-за денег задушили человека.

Четвертый в их бригаде Киряшов Валентин. Ему двадцать девять лет, живет здесь, в городе. Раньше учился в сельхозинституте, но был отчислен с последнего курса за спекуляцию. Был фотографом, грузчиком в мебельном магазине, сменил еще несколько мест. В прошлом году, отработав сезон в бригаде Капитоненко, купил японский видеомагнитофон с телевизором, истратил крупные суммы на одежду.