Микаэла в черном. Она плачет над ним, зовет, прощает его.

Рейн сделал глубокий вдох, открыл глаза и заморгал от льющегося в дверь яркого света.

Он узнал обстановку «Часового», заметил столик с бинтами и склянками, разбросанную одежду, потом увидел ее. Она сидела на полу, уткнувшись головой в матрас. У нее умиротворенный вид. Ему захотелось коснуться ее, стереть дорожки слез на щеках.

Его пальцы легли на волосы жены.

Она вздрогнула, подняла голову.

— Слава Богу.

— Нет, любовь моя, спасибо тебе, — прошептал он. Слезы хлынули у нее из глаз, лишая его мужества, заставляя страдать от той боли, которую он причинил ей.

— Не плачь, любимая.

— А мне хочется. — Его губы дрогнули в улыбке. — Я думала, что потеряла тебя, Рейн.

— Я никогда тебя не покину.

— Как ты себя чувствуешь?

— Живым.

— Ты выглядишь лучше.

— Чем кто? — нахмурился он.

— Чем мертвый. — Ее глаза снова наполнились слезами.

— Прости меня…

— Не надо об этом. Пожалуйста. — Микаэла откинула волосы с его лица, подала ему воды. Он медленно выпил. — Ты можешь рассказать, что случилось?

Рейн попытался сосредоточиться.

— Я задал один вопрос, и меня тут же заковали.

— Киплер?

— Да, хотя я ничего не помню, после того как на меня надели цепи и бросили в подвал.

— Зачем они тебя избили, Рейн?

— Он хотел, чтобы я умер, Микаэла, только у него не хватило духу собственноручно убить меня.

— Киплер? Он был один?

— Думаю, Киплер выполнял чей-то приказ. Он не понял, о чем я говорю, когда я упомянул имя Саари.

Микаэла кивнула.

— Я хочу обнять тебя, любимая.

— Нельзя. Твои раны.

— Моя любовь к тебе сильнее боли.

Она с сомнением взглянула на мужа, потом встала с пола и легла рядом. Рейн уткнулся лицом ей в волосы, наслаждаясь ее запахом, его рука скользнула по ее животу. Боль пронзила ему спину, но он видел только Микаэлу.

— На некоторое время я погружусь в очень глубокий сон. Не пугайся.

Микаэла окинула взглядом его лицо: черный синяк на щеке, порез на лбу.

— Лечи себя, я буду рядом с тобой.

В его улыбке была нежность и восхищение.

— Мы всегда будем вместе. Если нужно, я привяжу себя к тебе и последую за тобой… Мы больше никогда не расстанемся.

— Рейн?

Он сжал ее в объятиях, не обращая внимания на боль.

— Ты победила, Микаэла. Я не могу бороться с твоим мятежным сердцем. — Он поцеловал ее в ухо. — Моя свобода заключена внутри него.

Микаэла почувствовала, как глупые слезы жгут ей глаза, откинулась на матрас, наслаждаясь ощущением того, что муж лежит рядом, и в первый раз за четыре дня уснула.