Рейн сжал кулаки, но слова Джермена не причинили ему той боли, которой жаждал его отец.

— Я усвоил там науку выживания. Наверное, стоит поблагодарить тебя за это. — Рейн сделал шаг к решетке, с удовольствием заметив, как Джермен вздрогнул. — Я здесь, и это пугает тебя. Ведь ты не можешь собственноручно меня убить.

— Чего ты от меня хочешь? Глаза Рейна зловеще блеснули:

— Убить тебя.

— Ты не посмеешь меня тронуть, — усмехнулся Джермен. — Никто не посмеет.

«Напыщенный дурак», — подумал Рейн.

— А ты и не стоишь того.

Рейн уже понял то, о чем знал раньше, покидая остров. Это дали ему почувствовать люди, которым он дорог. Кровь ничего не значит. Семья вырастает из любви и заботы, а не из семени, породившего тебя.

— Где моя жена?

— Ты умрешь здесь, Монтгомери, — ехидно улыбнулся Джермен.

— Вы слишком уверены в себе, милорд. То же самое вы думали тридцать лет назад. И если что-то случится с моей женой, вы умрете.

— Опекуна больше нет, его повесили сегодня утром за измену.

Рейн сжал прутья решетки. Ложь. Он бы знал.

Почувствовал бы.

«О Боже, помоги мне».

Отдав мешочек с деньгами и вытащив пистолет, Рэнсом Монтгомери взглянул на двух тюремщиков, которые после непродолжительного колебания пропустили его. Он шел за ними по многочисленным коридорам, отталкивая руки, тянущиеся сквозь прутья решеток. В общей камере заключенные наслаждались тайно пронесенным джином и едва удостоили его взглядом. Он с отвращением смотрел по сторонам, думая о том времени, когда Рейн был ребенком, запертым во дворце султана, но освободившись, научился защищать себя лучше всякого разбойника. Он был храбрым мальчиком, и уцелел. А теперь его обуревает желание найти родного отца. Рэнсом не хотел этого, боялся, что тот человек отнимет у него сына.

Надзиратель остановился перед узкой клеткой, где у стены, уперев локти в колени и закрыв лицо руками, сидел Рейн. Монтгомери физически ощущал муку сына, не знавшего ничего о жене.

— Рейн! — позвал он, и тот резко вскинул голову. — Кажется, у тебя мелкие неприятности?

— Совсем небольшие, — слабо улыбнулся Рейн.

По знаку Монтгомери тюремщик бросился открывать замок.

— Ты нашел то, что искал?

— Нет. Оно всегда было со мной. — Рейн шагнул вперед. — Ты простишь меня, отец?

Рэнсом обнял его, похлопал по спине, как поступал, когда мальчику снились кошмары.

— Да, сынок. А теперь идем. Мы должны найти твою жену.

— С ней все в порядке? Джермен сказал, что она умерла. Они… повесили ее.

— Никого на этой неделе не вешали. Николас бы знал. — Рэнсому показалось, что сын лишится чувств. — Джермен человек могущественный, но он не причинит ей вреда. Кровь, которую ему никогда не смыть с рук, совсем не то, что напасть на корабль с деньгами для армии. Мы найдем ее, сынок.

Рейна успокоили слова отца, и они быстро пошли по коридору.

— Как ты узнал? — Рейн обвел рукой стены тюрьмы.