– Эш… – прохрипела я, схватив его за руку.

Паника почти вывела из моей крови токсин, и я посмотрела Эшу в глаза. В них я увидела, что наши мысли совпадают. Выбежим мы на улицу или останемся здесь – финал один.

Темнота медленно поглощала меня. Каждый вдох ощущался ножом, воткнутым в горло, разум затуманивался, я теряла связь с реальностью.

– Не смей закрывать глаза, – прорычал свирепый голос, отчего я открыла глаза. Передо мной стоял огромный силуэт. Сон и кошмар. Уорик… выглядел больше чем в реальности, чертовски сексуален… и взбешен.

– Не засыпай, черт возьми, принцесса, – прорычал он, – будьте готовы!

– Что…?

БУУУУУМ!

В ночи вспыхнуло пламя, вздымаясь ввысь, потрескивая и заполняя темное небо. В воздухе раздались крики, огонь озарил фигуры в лесу, которые двинулись в сторону взрыва. Крики переросли в визг, словно людей потрошили.

Взяв себя в руки из последних сил, я толкнула Эша.

– Идем!

Я двигалась медленно, словно застряла в смоле, но старалась сопротивляться, используя все силы, которые у меня оставались.

Эш схватил Мэддокса, помогая ему подняться на ноги. Еле передвигаясь, мы вышли из коттеджа. Порыв свежего ветра наполнил легкие воздухом, я захрипела, голова трещала от боли.

Раздались выстрелы, но теперь они были направлены не на нас. Фигуры, одетые в темную униформу с эмблемой на рукавах, носились между деревьями. Такое снаряжение выдавали солдатам вооруженных сил людей на ночные миссии.

Эш практически тащил Мэддокса туда, где мы оставили мотоциклы. Я запиналась, но остановилась, когда мое зрение прояснилось.

Словно дьявол вырвался на свободу – разрушение и тьма окружили его. Уорик развернулся, размахивая холодным оружием с двойным лезвием, похожим на клешню краба, которым защищался от пуль и рубил нападавших без остановки. Я думала, что видела все, на что он способен – убивать безжалостно и быстро. Но это был другой уровень – он рубил более жестко и с невероятной точностью.

Ярость клокотала в Уорике – огромное тело затмевало тщедушных людей. Убийца наслаждался смертью. Легенда ожила вместе с гневом и разрушительной силой, данной ему богами фейри. Уорик был грациозен в своей жестокости, исполняя смертельный танец и окрашивая лесной ковер кровью.

Некоторые солдаты отступили. А те наивные, которые еще верили, будто могут бросить вызов легенде, потеряли свои головы и упали в грязь.

Вероятно, я знала каждый труп, но не могла посмотреть на них, чтобы опознать. Я завороженно наблюдала за смертельным танцем легенды.

Уорик, весь в крови, опустил свой тесак и тяжело задышал. Он медленно посмотрел на меня взглядом, разрывающим на части, словно я очередная жертва, и он намеревался выпотрошить меня, оставив лишь труп, валяющийся на земле. Ярость Уорика опалила меня, разорвала на части; его темная одежда блестела от крови его жертв.

Ноздри раздувались, плечи поднимались и опускались. Энергия между нами потрескивала громче, чем огонь, пожирающий ветки после взрыва. Его ярость была подобна огненной буре.

Рукой он вытер кровь с глаз, размазав ее по лицу. Уорик, как разъяренный бык, направился ко мне – его энергия врезалась в меня и отбросила в стену коттеджа. Ботинки Уорика коснулись моих, и он навис надо мной. Казалось, я для него лишь пища, которую необходимо съесть. Он посмотрел на меня, его челюсть дергалась. Каждый вдох окутывал теплом мою шею, пробуждая во мне желание, ярость и страх.

Я смотрела на него, вздернув подбородок в молчаливом вызове.

Уорик поднял руку и пальцами скользнул по моему лицу, размазывая кровь моих товарищей-солдат из вооруженных сил людей по моей щеке, как клеймо. Его энергия окутала меня.