– Иди к черту, – прорычала я, извиваясь в его объятиях.

– Ты бы не вынесла этого.

– Отвали от меня.

Я толкнула Уорика в грудь, не сдвинув ни на сантиметр.

– Будь честна. То, что у меня есть семья, не помешало тебе меня сейчас трахнуть.

Подтверждение от него полоснуло меня ножом по сердцу.

«У него есть ребенок. Женщина, которую он любит? Боги, Брекс, что ты творишь?»

Я вспомнила сражение на вокзале, то, как я использовала его силу, и толкнула Уорика ладонями в грудь. На этот раз у меня вышло его оттолкнуть, в крови гудел адреналин, и я повернулась к мужчине спиной. Уорик отшатнулся и врезался в стену.

Не колеблясь, я метнулась к двери и коснулась металлической ручки.

Сдавленный крик вырвался из меня, когда он обвил руки вокруг моей талии и кинул меня на матрас.

– Черт возьми! – Уорик залез на меня и прижал мои руки к кровати, маленькая койка застонала под натиском нашего веса. – Ты самая бесящая персона, которую я когда-либо встречал.

– Взаимно! – Я пыталась вырваться, но он лишь сильнее придавил меня к кровати. – Слезь с меня!

– Хватит ерзать, – застонал он, наваливаясь сильнее, – словно я и так недостаточно возбужден.

– Прекрасно! Надеюсь, отсохнет. – Я пыталась вырваться, ерзая под ним, его тело придавливало меня, член упирался в меня, и я прикусила нижнюю губу. – Секс – единственное, чем ты, вероятно, устраиваешь свою пару.

– Хочешь, расскажу, как моя пара кричит? – Он подчеркнул это слово, и я вздрогнула, словно меня ударили плетью. Пытка, боль, но я не могла скрывать, что вся эта ситуация заводила меня. Что, черт возьми, со мной такое? – Хочешь узнать, как я ее трахаю? – прорычал Уорик мне в ухо, щеки залились румянцем от возбуждения. Он крепко сжимал мои запястья, но одновременно я ощущала, как его пальцы скользят по моему горлу, другой рукой он проскользил по моим соскам. Зубами прикусил внутреннюю сторону бедра и спустился еще ниже.

Я застонала и развела ноги шире.

Я нуждалась в нем.

До отчаяния.

– Знаешь, какой дикой она становится, когда я целую ее киску?

Я ощутила призрачный язык, касающийся меня внизу, и закатила глаза. Я чувствовала дикое желание, которое он описывал.

– Как ее киска сжимает мой член, как она кричит, когда кончает…

Я открыла рот, пытаясь втянуть в себя воздух.

– Ты ведь хочешь этого, Ковач?

Черт возьми, да.

– Нет, – зарычала я, – возможно, у тебя нет морали или у тебя такая забота о своей семье, но я выше этого.

– Ты гребаная лгунья.

Уорик фыркнул и двинул бедрами. По ощущениям казалось, что его член вошел в меня. Я выгнула спину, отзываясь с болезненным желанием, приподнялась ему навстречу, показывая, какой жалкой лицемеркой я была.

– Тебе плевать на мораль, ты такая же темная и развратная, как и я. Просто все еще не можешь признаться себе в этом.

Я ощутила его язык. О боже.

– Прошу, – молила я, не понимая, о чем прошу – остановиться или продолжить.

Уорик зарычал, снова навалившись на меня, отчего мурашки пробежали по моей спине.

Он лишь прижимал меня к кровати и толкался бедрами, мы были в одежде, но я чувствовала себя поглощенной. Горел каждый нерв, каждый миллиметр кожи. Он испепелял меня как изнутри, так и снаружи. Он был всюду. Украл мой разум, тело и душу.

А я желала, чтобы он просто прикончил меня.