Я чувствовала то же, что и они. Связь с ними была сильной. И мертвецы чувствовали, кто альфа.

Казалось, щелкнули выключателем, и странный свет погас. Мое тело обмякло, и я опустила руки на колени. Что, черт возьми, только что произошло?

Со стороны лестницы раздался шум, привлекая мое внимание, я повернула голову. Невероятно синие глаза прожигали темноту. Уорик стоял на последней ступеньке и наблюдал за мной. От зверя исходили ярость и какая-то эмоция, которую я не могла опознать. Мужчина окинул взглядом мою фигуру, отчего каждая частичка тела, на которую он посмотрел, задрожала. Затем он взглянул мне прямо в глаза.

Выпрямившись, я с вызовом подняла подбородок. Показала невысказанную угрозу. Провоцируя его испытать меня. Я бы не позволила ему причинить мне боль или что-то забрать у меня.

– Я не хотела использовать твою силу.

– Ты этого и не сделала, – пророкотал он, его грудь вздымалась от напряжения, – я пытался помочь… но ты справилась сама.

Я? Как такое возможно?

Отогнав испуг, я подняла голову выше.

– Ты думаешь, что нужен мне, но это не так, Фаркас. Мне никто не нужен.

Он сузил глаза, расправил плечи и зарычал. Единственное предупреждение, которое я получила. Он летел на меня как поезд, ярость исказила лицо мужчины. Словно я справилась с мертвецами, чтобы стать его жертвой.

Чтобы он мог сам меня убить.

Я так и не успела окликнуть его по имени, как Уорик врезался в меня. Он сжал мои руки и прижал меня к стене, вжимаясь в мое тело.

– Ты все неправильно поняла, Ковач. – В его взгляде промелькнули гнев и желание, а его рычание сотрясло помещение. – Это мы нуждаемся в тебе.

Уорик сжал пальцами мой конский хвост, грубо дернув голову назад. Экстаз и боль сокрушили меня, мурашки пробежали по спине. Рукой он скользнул вверх по моей челюсти, обхватив затылок.

– Уорик?

Его имя слетело с моих губ, как вопрос. В котором было желание. Мольба.

– На этот раз, принцесса, заткнись.

Он сжал мою задницу, приподнимая, я обвила ноги вокруг него.

– Заставь меня.

Уорик вовлек меня в поцелуй: жизнь и смерть.

Любовь.

И ненависть.

От одного касания его губ внутри все воспламенилось. Я поняла, что раньше мы никогда не целовались. Ощущение его реальных губ, таких безжалостных и порочных, поднимало пламя внутри меня.

Чистое удовольствие. Чистую боль.

Совершенно необузданные.

Стена, которую мы выстраивали против друг друга, разлетелась по камушкам, обдав нас раскаленным пламенем, и я ощутила сильное отчаяние. Ногтями я впилась в его шею, придвинувшись ближе, желая большего.

– Черт. – Он впился пальцами в меня, и я застонала. – Почему целовать тебя так чертовски хорошо?

Он схватил меня за шею, прожигая взглядом.

Голодным.

Его глаза сожрут меня и разорвут в клочья.

Я желала каждую частичку этого безумия. Как своего, так и его.

Уставившись на Уорика сверху вниз, я опустила ноги на пол. Он передавил большим пальцем мне горло, пульс бился в такт моему возбуждению. Я расстегнула его брюки и стянула их вниз по его толстым мускулистым бедрам. Мое тело кричало от отчаяния, стоило мне прикоснуться к его массивному члену.

Черт. Его член оказался в сто раз больше, горячее и толще в реальности.

В моем воображении я вобрала в рот его член, в реальности я лишь поглаживала. Уорик открыл глаза и наклонился ближе:

– Ковач.

Его голос надломился, Уорик завладел моим ртом, а его воображаемый язык скользнул вниз по моему животу, спускаясь ниже и ниже, и принялся ласкать мою киску. С моих губ сорвался стон.

Может, нам просто необходимо избавиться от этой проблемы, и все пройдет.