Диллон последовал за ним сквозь глубокую расщелину, за которой начиналась еще одна. Вода была похожа на черное стекло. Посмотрев на наружный счетчик, он, к своему удивлению, заметил, что они находятся под водой двадцать пять минут. Теперь они отплыли подальше от скалы, в метре под ними, на дне, виднелись заросли. Наконец они добрались до якорного каната и самого якоря. Остановившись, чтобы внимательно рассмотреть его, Карни повернулся, качнул головой и поплыл влево, пока не наткнулся на якорь их собственного суденышка. Они начали медленно всплывать, на глубине примерно шести метров выпустили канат из рук и, подплыв к одному из бортов лодки, вынырнули рядом с килем.

Перегнувшись через борт, Карни ухватил за баллон с воздухом Диллона. Встав одной ногой на ступеньку крошечной лесенки, ирландец подтянулся и, перевалившись через борт, шагнул на корму. Он ощущал необыкновенный прилив сил. Расстегнув молнию костюма, он снял его, пока Карни укладывал снаряжение.

— Просто замечательно.

— Неплохо, правда? — улыбнулся ему в ответ Карни.

Повернувшись, он бросил взгляд на другой катер, который встал на якорь с левого борта. Катер покачивался на волнах, натягивая якорную цепь, так как море было бурным.

— Интересно было бы узнать, — сказал Диллон, — что сталось с теми двумя ныряльщиками, которых мы видели, когда они пытались проплыть через расщелину?

— По-моему, им это не удалось, ведь течение внизу было чертовски сильным. — В этот момент катер дернулся, обнажив корму. — Это катер с «Марии Бланко».

— Вы уверены?

Диллон медленно вытер тело насухо полотенцем и, взявшись за поручень, посмотрел в том направлении. Он сразу узнал Альгаро, который стоял на корме вместе с Серрой. Затем из рубки вышел Сантьяго.

— Кто этот парень в блейзере и фуражке? — поинтересовался Диллон.

Карни посмотрел в указанном направлении.

— Макс Сантьяго, владелец яхты, я видел его на Сент-Джоне раз-другой.

Сантьяго стоял и смотрел на них. Повинуясь безотчетному желанию, Диллон поднял руку и помахал ему. Сантьяго помахал в ответ, и в этот момент на поверхности воды показались головы Наваля и Пинто.

— Пора домой, — сказал Карни. Вернувшись на нос, он начал выбирать якорь.

— Когда «Мария Бланко» заходит в здешние края, где она обычно встает на якорь? — спросил на обратном пути Диллон. — В Кэнил-бей?

— Скорее у побережья Пэрэдайз-бич.

— А можно будет на нее взглянуть?

Карни бросил на него быстрый взгляд, потом отвел глаза.

— Почему бы и нет? Ведь вы наняли меня вместе с судном.

Диллон достал из холодильника бутылку с водой, отпил пинту, передал ее Карни и закурил. Отпив из бутылки немного, Карни вернул ее Диллону.

— Вам уже приходилось нырять раньше, мистер Диллон.

— Совершенно верно.

Когда до Пэрэдайз-бич было рукой подать, Карни сбавил обороты двигателя, и «Капер», скользнув между двумя океанскими яхтами, стоявшими у причала, подошел к «Марии Бланко».

— Вот она.

Двое матросов, занятых чем-то на палубе, подняли головы и мельком взглянули на них, когда судно проходило мимо.

— О боже! — вырвалось у Диллона. — Эта посудина, наверное, проделала приличную дыру в бумажнике Сантьяго. По-моему, она обошлась в пару миллионов.

— Как минимум.

Карни врубил двигатель на полную мощность, и катер направился к Кэнил-бей. Закурив, Диллон прислонился спиной к стене рулевого отделения.

— В здешних местах, наверное, много остовов судов, представляющих интерес?

— Есть кое-что.