— Почему же он не увидел подводную лодку? — спросил Фергюсон.

— Может быть, так глубоко он не заплывал, а может, с тех пор ее местонахождение изменилось. Единственное, что мы знаем наверняка, состоит в том, что Генри обнаружил ее именно там, — ответил Карни.

— Я просто теряюсь в догадках, зачем ему понадобилось нырять именно там, — сказала Дженни.

— Ты же знаешь, каким был Генри, — ответил Карни. — Он всегда нырял в одиночку, когда делать этого не следовало, а в то утро, после урагана, море было таким спокойным, каким я его никогда не видел. Мне кажется, он вышел в море под парусом просто так, ради собственного удовольствия, потом понял, куда заплыл, и увидел, что лучше погодных условий нельзя и желать. При таких обстоятельствах он наверняка бросил якорь, зацепившийся за какой-нибудь риф, в мгновение ока перевалился через борт — и только вы его и видели.

— Судя по тому, что рассказывал контр-адмирал Трэверс, — начал Диллон, — а он подробно беседовал с Бейкером, в распоряжение Бормана была предоставлена капитанская каюта. Впрочем, ее нельзя было назвать каютой в полном смысле слова. Она была разделена перегородкой посередине. Она находилась слева по борту, напротив радиорубки, в передней части лодки. Она была устроена там для того, чтобы капитан получал немедленный доступ в рулевое отделение.

— По-моему, очень разумно, — сказал Карни.

— Да, но тогда до рубки можно добраться только через передний водонепроницаемый люк, а Бейкер говорил Траверсу, что он чертовски сильно заржавел и открыть его никак нельзя.

— О'кей. Значит, нам придется взорвать его. — Как раз и пригодится взрывчатка «Си-4» — помните, та, о которой толковал Сантьяго, когда мы были в Сэмсон-кей.

— Тут я тебя опередил, — встрял в разговор Диллон. — «Си-4» мне, правда, раздобыть не удалось, но, по-моему, семтекс ничем не хуже. К тому же у меня есть запас взрывающихся карандашей.

— Ты ничего не забыл? — с легкой иронией спросил Карни.

— Надеюсь, нет.

— Так когда мы отправляемся? — спросил Фергюсон.

— Думаю, что последнее слово тут за Карни, — ответил Диллон. — Он дока в этом деле.

Карни, слегка задумавшись, кивнул.

— Я как раз об этом думаю. — Он снова кивнул. — Насколько я понимаю, нам нужно во что бы то ни стало проникнуть внутрь лодки и выбраться из нее, прежде чем Сантьяго пронюхает о том, что происходит.

— Разумно, — согласился Фергюсон.

— Они больше уже не могут следить за нами, потому что мы сняли «жучки» на обоих катерах. Мы можем воспользоваться этим с выгодой для себя, если выйдем в море сегодня в полночь, под покровом темноты. На месте мы будем в пять, самое позднее в половине шестого, а с первыми лучами солнца сможем уже нырнуть.

— Годится, — сказал Диллон.

— Отлично, сегодня вечером я оставил «Морского охотника» в Кэнил-бей, значит, оттуда мы и выйдем в море. Тебе нужно будет прихватить с собой эту самую взрывчатку семтекс, о которой ты говорил. Все остальное, что нам может потребоваться, я могу взять в магазине, торгующем принадлежностями для ныряния.

— Только не сейчас, — сказал Фергюсон. — Сейчас нужно поесть. Из-за всех этих треволнений у меня разыгрался просто волчий аппетит.

Пошел легкий дождь, и Альгаро с Геррой укрылись под деревом.

— Матерь божья, неужели нам придется торчать тут всю ночь напролет? — спросил Герра.