— Значит, вы не имеете ни малейшего представления о том, где находится подводная лодка? — снова спросил Фергюсон.

— А это важно?

— Да, может оказаться, что важно.

Она пожала плечами.

— Честно говоря, не знаю. Если хотите знать мое мнение, она, наверное, где-то далеко в открытом море.

— Далеко в открытом море? Что вы хотите этим сказать?

— В большинстве своем места, куда туристы с островов Сент-Томас и Сент-Джон отправляются нырять, находятся недалеко от берега. Повсюду полным-полно затонувших кораблей, однако уму непостижимо, чтобы немецкую подводную лодку, пролежавшую на дне со времени Второй мировой войны, так никому и не удалось обнаружить. — Она покачала головой. — Это чушь. Это могло произойти только в том случае, если бы она находилась где-то далеко.

— Далеко в море.

— Совершенно верно.

— И вы не имеете понятия, где именно?

— Нет, боюсь, я мало что понимаю в нырянии. Вам необходимо обратиться к специалисту.

— А есть такой человек?

— Ну конечно, его зовут Боб Карни.

Взяв со стола ручку, Фергюсон сделал пометку в блокноте.

— Боб Карни? А чем он занимается?

— Он — владелец центра водного спорта в курортном местечке Кэнил-бей. Я хотела сказать, что большую часть времени он учит туристов нырять, однако он прирожденный ныряльщик, к тому же довольно знаменитый. Знаете, он участвовал в спасательных работах на нефтяных вышках в Мексиканском заливе. О нем даже в журналах писали.

— В самом деле? — сказал Фергюсон. — Выходит, он лучший ныряльщик на Виргинских островах?

— Во всем Карибском море, бригадный генерал.

— Вот даже как. — Бросив искоса взгляд на Трэверса, Фергюсон встал. — Отлично. Искренне благодарю вас, мисс Грант, вы очень помогли нам. Понимаю, что время для еды сейчас неподходящее, но вам нужно подкрепиться. Возможно, вы позволите мне пригласить вас и адмирала Трэверса поужинать со мной сегодня вечером.

— Вы очень любезны, — подумав, ответила она.

— Отнюдь. Я пришлю за вами машину в половине восьмого. — Он проводил их до входной двери. — Будьте осторожны. — Он кивнул адмиралу. — Будем держать связь, Гарт.

Полчаса спустя, когда он пил чай и обдумывал положение вещей, прибыл Лейн. Инспектор бросил на кофейный столик тяжелый «жучок» из черного металла.

— Вы оказались правы, сэр, эта штучка была вмонтирована в телефон, установленный в кабинете.

— Вот даже как, — сказал Фергюсон, беря устройство со стола. — Дело принимает более серьезный оборот.

— Смотрите, сэр, Бейкер знал о дневнике потому, что сам и нашел его, девушка — потому, что он ей об этом сказал, адмирал знал, вы — тоже, его экземпляр был у премьер-министра, в курсе был также заместитель директора Управления безопасности и сэр Фрэнсис Пэймер. — Он сделал паузу.

— Ты не назвал самого себя, Джек.

— Да, сэр, но кто, черт побери, пронюхал об этом, кто осмелился устроить шмон дома у адмирала Трэверса?

— Ну вот, Джек, ты опять перешел на полицейский жаргон. — Фергюсон вздохнул. — Это ведь словно паутина. У всех тех людей, которых ты назвал, масса возможностей связаться с другими. Одному богу известно, сколько их на самом деле.

— Так что вы намерены предпринять, сэр? Я хотел сказать, что мы ведь даже не знаем, где находится эта чертова подводная лодка.