Суртур побери, я был сыном и внуком кузнеца, а потому весьма неплохо разбирался в работе с металлом. Но то, что предстало перед моими глазами здесь, было ближе к двадцать первому веку, а не к средневековью. Один магический горн с регулировкой температуры и тонких энергий чего стоил. Боги, тут даже были станки и автоматический молот! В прошлой жизни мне приходилось видеть на заводе подобное устройство. Тот, правда, был пневмомолот, а здесь всё работало на магии, но тем не менее. А формовщик для литья⁈ А пять видов точильных дисков, которые также вращает магия? Не хватало только токарного и фрезерного станков. Но до столь высокого пилотажа снежные эльфы, похоже, не додумались, пусть вероятно и заставили в какой-то момент гномов глотать пыль из-под своих сапог. Однако, оправившись от нахлынувших эмоций, я тут же начал со всем вдохновением и верой творить ритуалы, очищая это место от скверны и превращая наковальню в алтарь Тора. Бог с самым большим молотом в Асгарде всё-таки был не только громовержцем и защитником людей, но и являлся покровителем кузнецов.

В новоявленный храм я сейчас и направился, кивнув караульным и встретив там свою невесту с Астрой, споро расставляющих ёмкости с реагентами. Ходил я, как всегда, тихо, так что без особого труда подкрался к подруге жизни и обнял её со спины со словами:

— Доброго утро, солнце.

— Альв! Ты меня так до удара доведёшь, — врезался в мой бок острый локоть, правда, без особого эффекта, уж от таких угроз даже моей слабенькой «динамической» Железной рубашки хватало с лихвой. — А если б мы что-нибудь разлили? Доброго утра.

— Доброго, — добавила свой голос к разговору одна из наших целительниц.

— Во-первых, я специально дождался момента, когда у вас ничего не будет в руках, — усмехнулся я. — А во-вторых, прекращай ночевать в лаборатории, и будем встречать утро вместе.

— Ох, а кто тут последнюю неделю бегал на зельях бодрости и спал где придётся? — поддели меня в ответ, вновь шутливо ударив локтем.

— И чей организм пришлось латать, чтоб сосуды и печень не начали чудить? — добавила свои пять медяков наша «святая».

— Всё, сдаюсь, каюсь, грешен, — рассмеялся я, съезжая с темы моего марафона по очистке территории от скверны. — На сегодня-то всё готово?

— Будет чем твою палку охлаждать, не переживай, — усмехнулась Иви, которая за ночь, похоже, тоже по мне успела немного соскучиться и на что-то намекала. — Все составы для закалки и последующей обработки готовы.

— Ну и славно. Ты, кстати, как, насчёт мифрилового посоха не надумала?

— Он для меня всё ещё тяжеловат, — фыркнула моя невеста. — Может быть, позже и займусь, а пока что лучше дерево, тем более мы наконец собрались на Фростхейм.

— Дело твоё, — понимающе кивнул я. «Лунное серебро», конечно, было куда легче стали, но до какого-нибудь алюминия ему тоже было далеко. Мне такое в самый раз, как и тот сплав, из которого изготовлена была приснопамятная дверь, а вот девушкам перебор, пока в должной мере праной не овладеют, раскочегарив её очаг.