Джордж посмотрел на ворону, ухватился за магическую линию, протянувшуюся между ними, и потянул, втискиваясь в черное тело.

Мир взорвался красками, для которых не было названия. Долгое мгновение он сидел неподвижно, погруженный в вибрацию и мерцающее сияние листвы, пока что-то мягко не подтолкнуло его из глубины сознания.

Камень.

Ему надо найти камень.

Он спрыгнул с ветки в листву и стал осматривать землю. Вот он, сверкающий дюжиной оттенков. Такой красивый. Хорошенький, прекрасный камень.

Он взял его в клюв и с треском проломился сквозь кустарник. Залитая солнцем трава была так прекрасна. Вдалеке он увидел две фигуры, стоящие рядом, кристально чистые и сияющие, одна сильнее, другая слабее. Имена всплыли у него в голове. Роза. Mémère. Он не был уверен, что они подразумевают, но знал, что они заставляют его чувствовать себя хорошо. Он увидел еще одну фигуру, поменьше, с каким-то странным оттенком. Ее он тоже узнал. Джек. Справа от него ждала четвертая фигура, самая крупная из всех. Деклан. Он должен был что-то сделать для Деклана. Его тянуло к нему, и он не знал почему. Он расправил крылья и полетел к нему, приземлившись на его руку, Деклан был теплым и сильным под его когтями. Камень выпал из его клюва.

Там была и пятая фигура, которую он раньше не видел. Она упала на землю, свернувшись в клубок. В ней было что-то странно знакомое, но она не светилась, как другие.

Деклан открыл рот и издал какой-то звук.

В него врезался лед. Он вскрикнул, мир закружился, и Джордж, задыхаясь, резко вскочил. Его лицо было мокрым. Рядом с ним стоял Джек с пустым ведром.

Руки Розы сомкнулись вокруг него. Они чувствовались такими уютными и теплыми.

— Шок возвращает в тело, — сказал Деклан. — Возращение не занимает много времени, особенно если он не провел много времени в другой форме. Чем дольше он владеет кем-то, тем сильнее должен быть шок. У нас были некроманты, которые поджигали друг друга, чтобы вернуться, но это было после нескольких часов погружения. Если все происходит вот так, то нам понадобится всего лишь минута.

— С тобой все в порядке? — спросила Роза.

Джордж улыбнулся, и водоворот красок медленно угас в его голове.

— Я помню этот раз, — сказал он. — Я помню, каково это… быть птицей.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

ЧЕМ глубже они заходили в лес, тем темнее становилось вокруг. Деревья становились все выше и гуще, их стволы вздымались ввысь, словно колоссальные фактурные колонны. Их ветви раскинулись и скрутились, связанные вместе мхом, лишайником и ярко-синими пучками хвощовых лоз, струящимися вниз, как волосы призрачных древесных духов. Навес образовывал отдельный уровень, отделенный от лесной подстилки, и когда Роза пробиралась через лес, она время от времени поглядывала наверх, чтобы убедиться, что Джек не сбежал от бабушки. Он был не слишком доволен тем, что остался с ней.

Она посмотрела на Деклана, который шел по непроходимому лесу, казалось, как дома. Он нес небольшую сумку. В сумке находились тщательно запертые две вороны. Вернувшись в Вудхаус, Джордж оживил обеих. В данный момент он ими не владел, но ему придется почувствовать, когда их выпустят на волю, чтобы завладеть ими.

План был простым. Они подберутся достаточно близко к Кассхорну, дождутся подходящего момента, выпустят ворон и позволят Джорджу вселиться в них. Когда вороны взлетят, они направятся к Кассхорну, чтобы украсть у него какую-нибудь вещь, а после, если удачно все сложится, полетят к Джорджу целыми и невредимыми.

Джорджу разрешалось владеть ими только пять минут. Через пять минут бабушка и Джереми вернут его назад, получится все или нет. По словам Деклана, пять минут вполне безопасный промежуток. Она не хотела, чтобы Джордж делал это, но у них не было выбора.