– Мне тоже так кажется. Но если мы снимемся с мели, то пройдем неподалеку, правда?

– Это точно. Путь в Карибское море отсюда лежит через пролив между Кубой и Гаити. Мы пройдем в виду мыса Мейси.

– Мейси?

– Punta Maisi, это восточная оконечность Кубы.

– Уже понял.

Парень собирается улепетнуть, подумал Ингрем. Но почему? Ведь до сих пор они с приятелем были заодно. Какое-то смутное воспоминание мелькнуло и тут же пропало.

– У тебя неприятности? – спросил он. Конечно, правды услышать не удастся, но кое-что по ответу понять будет можно.

– Ненадежная это операция, – признался Руис, – и становится все ненадежнее. Мы не сможем ее завершить.

– Похоже на то. Очень даже похоже. Но, должен заметить, операции типа “режь и беги” на Филиппинах не делали вас почетными клиентами страховых компаний.

– Наверное, я тогда был моложе. Когда тебе девятнадцать, всегда кажется, что умрет кто-то другой.

В чем дело? – подумал Ингрем, а вслух предположил:

– Ты беспокоишься из-за этой попойки?

– Конечно, а ты разве нет? Значит, дело не в ней.

– Как насчет одного предложения? – осторожно спросил капитан.

– Никаких предложений, – тихо, но решительно ответил Руис.

– Послушай, кража яхты не такое уж страшное преступление, если владелец не жаждет крови.

– Нет, – повторил Руис. – Я уже говорил, что мы с Элом давние друзья.

– Но ты ищешь способ сбежать.

– Это совсем другое дело. Если человеку не нравится операция, он всегда имеет право выйти из игры, не предавая товарища.

– Ладно, делай как знаешь, – махнул рукой Ингрем и прислонился к ящикам. – А что представлял собой Айве?

– Не самый плохой малый, которого я знал, если не верить тому, что плел. Трепач.

– Так я и предполагал, – кивнул головой Ингрем и, помолчав, спросил:

– Кстати, где карта девиаций для компаса, не знаешь?

– А что это такое? – удивился Руис.

– Ну, такая карта с поправками на ошибки компаса. Ведь вы сделали новую, когда собрались в плавание?

– А зачем? Что-то я не понимаю, приятель.

– Чтобы поправлять показания компаса, – объяснил Ингрем. – Послушай, вы ее сделали или нет?

– Ничего такого не знаю.

– Хочешь мне внушить, что вы загрузили в каюты три или четыре тонны стали, не желая учесть ее влияния на показания компаса?

– А, ты об этом. Конечно учли, тут не надо быть моряком, любой бойскаут знает. Во всяком случае, Айве об этом позаботился.

– Как? – полюбопытствовал Ингрем.

– Он взял азимут на берегу до погрузки и после нее, а разницу показаний где-то записал. Эл должен знать где.

– Понял, я его спрошу.

Руис затушил сигарету о песок и поднялся.

– Отправлюсь назад и посмотрю, удастся ли соснуть. Очень бы хотелось.

– До завтра, – попрощался Ингрем и привстал.

– Не стоит этого делать, – предостерег Руис насмешливым тоном. – Не провожай меня до дверей.

– Как знаешь. Кстати, насчет Айвса, он когда-нибудь называл тебе свое имя?

– Нет, конечно, я догадывался, что Холлистер – фальшивое, но только под таким именем я его и знал. Холлистер и еще Фред.

– А как его называл Моррисон?

– Герман, а как же иначе?

– Прости за глупый вопрос, – пробормотал Ингрем, – и спасибо за постель.