— Уж не ты ли мне ее свернешь? — оторвавшись от еды, спросил Колян.

— Не переживай — не я, но охотников найдется предостаточно.

— Братва, давайте не будем ссориться, а то через минуту мы начнем бросать друг в друга тарелки, — попытался разрядить напряжение Бес. — Жратва-то здесь отменная.

— Паша, мы очень ценим твой юмор, но сейчас он неуместен, — произнес Пятак. — Разговор идет об очень серьезных вещах. Здесь нас десять человек, и нам всем очень не по душе стремительный взлет Коляна. Он не считается с нами, а это очень скверная привычка — не уважать людей.

В правой руке Пятак держал на весу вилку, и создавалось впечатление, будто он готов броситься с ней в атаку.

— Самое большее, что мы можем выделить тебе, Колян, так это оставить за тобой «Фиалку», да и то с условием, что пятьдесят процентов прибыли ты будешь отчислять в наш общак.

— Интересное предложение. Его нужно будет обмозговать на досуге, — усмехнулся Радченко.

— У тебя на обдумывание всего лишь сутки, — произнес Прохор. — Потом ты должен будешь оставить те территории, которые незаконно занял и которые всегда считались общаковскими. Город, в котором мы живём, — воровской город, а значит, порядки здесь должны быть правильные, а не бандитские. Это наш ультиматум.

— А если я все-таки не соглашусь?

—Тогда пеняй на себя… Не будешь же ты все время сидеть в четырех стенах.

Прохор был уважаемым человеком в городе. Он контролировал вокзал и несколько казино. Первый срок он заработал в шестнадцать лет за убийство, хотя любому оперу было известно, что мокрого дела он не совершал, а взял на себя вину, чтобы выгородить великовозрастных подельников.

Скорее всего, ультиматум был идеей Прохора, и остальные ее просто поддержали.

° — Жаль, — печально произнес Радченко. — Вижу, вы так и не поняли, с кем имеете дело. Я вам не мелкий дождичек, которым можно пренебрегать. Я катаклизм природы, с которым следует считаться. Я вас долго слушал, теперь вот вам что скажу… Вы должны оставить город. Навсегда! И знаете почему? Потому что сюда пришел Я и мне с вами тесно. Вы мне дали сутки? Это очень великодушно с вашей стороны. Я же вам даю десять минут. У меня большие планы, поэтому мне некогда разбазаривать время. Тот, кто ответит «нет», может считать себя покойником. Он вообще не выйдет отсюда! Вы называете меня беспредельщиком? Что ж, я не против. Хорек, выйди сюда, пусть наши гости поймут, что в вопросах бизнеса я шуток не люблю.

Из соседней комнаты вышло несколько человек с укороченными автоматами. Первым был Хорек. Ткнув стволом в грудь Прохора, он со смехом объявил:

— Время твое вышло!

Парень, стоявший за спиной Прохора, вскинул руку, в ней оказался нож. Свободной рукой он ухватил за волосы Хорька и, приставив клинок к его горлу, истошно заорал:

— Всем стоять!

Раздался хлопок. Именно такой звук бывает, когда под потолок, радуясь освобождению, вылетает пробка из бутылки шампанского. Парень, обрызгав Хорька кровью и ошметками мозга, повалился на пол.

— Ай-яй-яй! Как вы глупо попались, — произнес Колян, неторопливо пряча пистолет «Глюк» в карман пиджака. — Такая неприятная встреча, а вы без оружия. Ну так что скажешь, Прохор? Или хочешь отправиться вслед за своим телохранителем? Жду от тебя ответа.

— Я согласен на твои условия…

— Ну вот! Я нисколько не сомневался в том, что мы придем к консенсусу. Так, кто у нас следующий?

— Я знал, что ты беспредельный малый, но чтобы настолько! — потемнев лицом, воскликнул Пятак.