— Какой автобус? — вздрогнул Митя.

— До Москвы. Я уезжаю.

— Да че такого — то? Почему? — Митя расстроился по — настоящему. — Ну надо мне было поговорить там для дела с друзьями.

— Все друзья твои здесь были, — ехидно заметила Тоша, — на пляжике. Тоже тебя ждали, наверное. Потом двое из них уплыли на баллонах вместе со шмотками, а остальные ушли.

— Ну, значит, не все здесь были, — не сдавался Митя. — Тот, кто мне нужен, не здесь был, а со мной. Ну, извините, ну мне же надо было с ним встретиться.

— А ты знаешь, что Бэна чуть не избили? — Тоша впервые с начала разговора обернулась и посмотрела Мите в лицо.

— Не — ет, — протянул он и в свою очередь глянул на Бэна. — Правда, что ль?

— Да ерунда, не бери в голову, — отмахнулся тот и демонстративно растянулся на травке.

— Этого еще не хватало, — расстроенно пробормотал Митя. — Кто? Из Зараева?

— Я не знаю, откуда был этот кретин, — ответила Тоша, — но более неприятного типа я в жизни не видела.

И она сама, без дополнительных просьб, рассказала Мите, что произошло на зеленом пляже в затянувшееся Митино отсутствие. Сначала все складывалось очень хорошо. Бэн привел сюда Тошу, пообещав, что и Митя скоро появится. Они купались и загорали, наблюдая за Митиной компанией, с которой тот так еще и не познакомил своих гостей. Зараевские ребята тоже на них поглядывали, но даже не подходили, пока на пляже не появился еще один человек, с приходом которого все стало портиться. По словам Тоши, этот тип был старше Митиных местных друзей, но знал их всех и долго с ними беседовал. Потом он долго, сидя на корточках, смотрел в сторону Бэна и Тоши, будто изучал их и о чем — то раздумывал.

— Неприятно так, сидит и пялится, пялится, — бурчала Ангелевская.

Потом все Митины друзья разбрелись кто куда — двое на баллонах уплыли, а двое просто ушли, и этот тип тоже ушел. Только он появился снова совсем неожиданно, когда Бэна рядом с Тошей не оказалось — тот совершал очередное омовение в прохладном пруду после порции солнечного облучения.

— Появился непонятно откуда, — жаловалась Тоша. — Пристроился рядом и стал говорить всякие гадости. Даже и не такие уж гадости, но пошлости. И таким тоном, что меня чуть не вырвало. Я хотела просто уйти, а куда? Тебя нет, и этого нет и нет, все купается. Я уж думала, что он потоп, когда наконец пришел.

Приход Бэна сразу накалил ситуацию. Незнакомец уходить не собирался, а стал всячески подкалывать Бэна, явно провоцируя ответную реакцию. К чести последнего, он только рядом лежал и молча терпел.

— Тут народ стал с пляжа уже уходить, — продолжала Тоша, потому что уже обед, а тебя все нет. А этот все не уходит. Стал меня на дискотеку приглашать какую — то со странным названием. "Веселые дебилы" или "имбицилы" какие — то.

— Все — таки "децибелы", Ангелевская, — лениво поправил Бэн.

— Но я уверена, что будут там одни имбицилы, — упрямо заявила Тоша.

— А кто это? — спросил Митя.

— Говорим же тебе, что незнакомец.

— Нет, я про этих дембелей или деци… ну как вы их обозвали.

— Эти вроде тебя, — ляпнула Тоша. — Дебильность или имбицильность — разные степени умственной отсталости.

— Все — таки "децибелы", — снова вмешался Бэн, — единицы мощности звука и больше ничего.